И один в тайге воин

* * *В очередной раз щёлкнув затвором, Мишка улыбнулся и, протерев винтовку ветошью, отставил её в сторону. Готово. Четыре полуавтоматические винтовки, заказанные атаманом, сделаны. Правда, заказывал он только три, но ещё одну Мишка решил сделать в запас. Осталось их только отстрелять, но это дело парень решил оставить до прихода казака. Заодно и обучится правильно пользоваться новым оружием.

Дверь едва слышно скрипнула, и в мастерскую невесомой тенью просочилась Настя. Шагнув к мужу, девушка прижалась к его спине всем телом, крепко обняв за пояс.

— Соскучилась, ладушка? — улыбнулся Мишка, погладив её по запястью своей заскорузлой лапой, испачканной смазкой.

— Не то слово, Мишаня, — жарко выдохнула Настя. — Ты всё своими железками занят, а про нас всех словно и забыл.

— Господь с тобой, Настюша. Сама видишь, работы по горло.

— Вижу. Потому и молчу, — вздохнула в ответ девушка. — Спаси тебя Христос, Мишенька.

— Это за что же, милая? — удивился парень.

— За голову твою и за руки золотые.

Ведь с твоими придумками казакам любое нападение отбить куда как проще будет. Слышала я, как они промеж себя про твои мортиры говорили. Атаман за твоё здоровье в церкви молебен заказал. Он, почитай, восемь лет генерал-губернатору письма слал, чтобы нам хоть пару пушек каких прислали, а оттуда только обещания. А теперь у сотни свои орудия будут. То-то хунхузы обрадуются, — злорадно закончила она.

— А бабы что говорят? — поинтересовался Мишка, припомнив давешний разговор с атаманом.

— Да ну их, балаболки глупые, — фыркнула Настя.

— Что, опять про вожжи лепят? — не удержавшись, поддел жену Мишка.

— Да пусть болтают, — отмахнулась девушка, одним гибким движением проскальзывая у него под рукой и оказываясь спереди.

— Неужто и вправду бы стерпела, кабы я ради их языков за вожжи взялся? — не сумел не спросить парень, которого этот вопрос действительно интересовал.

— А хоть бы и так, — с вызовом ответила Настя, глядя ему в глаза.

— От тебя всё вынесу.

— Не дури, Настёна, — качнул Мишка головой, прижимая её к себе. — Сказал же, просто так и пальцем не трону.

— Да хоть вожжами, хоть кнутом, Мишенька. От тебя всё стерплю, — истово ответила девушка, обнимая его за шею. — Ты себе цены не знаешь. Я ведь думала, что так всю жизнь во вдовьем платке и прохожу. А ты взял и женился. А теперь у меня ещё и сынок от тебя. И пусть попробует кто рот открыть. Я теперь не порченная.