И один в тайге воин

— А с чего мне к вам хорошо относиться? — удивился Мишка. — Ведь это вы натравили на нас японцев, собираясь под шумок оторвать от империи кусок послаще. И не рассказывайте мне про Англию и Францию. Все вы одинаковы. Клянётесь в вечной дружбе и братской любви, одновременно сговариваясь за спиной, как побольнее ударить.

— Я не политик. Я военный и служу своей стране, — насупившись, буркнул мужик.

— Вот потому ты ещё и жив. Но про перчатки я не шутил. Хочешь жить, веди себя смирно. Просто помни, что бежать отсюда можно только в тайгу.

А там мы найдём тебя за несколько часов. Представь, что за тобой гонится целое племя молодых, азартных охотников, умеющих читать следы не хуже, чем ты читаешь книги. Как долго ты продержишься?

— Ты сам сказал, несколько часов, — вздохнул пленный, зябко передёрнув плечами. — Вы позволите мне умыться и привести себя в порядок?

— Сейчас баня протопится, и всё будет, — кивнул парень. — А потом и пообедаем. Но перед этим я тебе рану посмотрю.

Пуля прошла через плечо навылет, так что в операции необходимости не было.

Требовалось только остановить кровь, что Мишка и сделал, плотно перебинтовав рану. За время перехода рана не сильно кровила, и заживление шло весьма неплохо. Даже без воспаления. Так что помыться пленному она не помешает. Кивнув, мужик выразительно качнул связанными руками.

— Я не настолько тебе доверяю, — хмыкнул Мишка. — Точнее сказать, совсем не доверяю.

— А если я дам слово офицера, что не сделаю попытки бежать? — подумав, предложил пленный.

— Слово, данное варвару и простолюдину? — рассмеялся Мишка.

— Похоже, в дворянскую честь вы тоже не верите, — проворчал пленный, заметно помрачнев.

— Не всякому, и уж точно не офицеру из стана противника.

— Но наши страны не воюют, — вскинулся пленный.

— И что же тогда вы тут делаете? — последовал вопрос, и мужик завис, судорожно ища подходящий ответ."

"Их разговор прервал Илкен, сообщивший, что баня протоплена и можно идти париться. Прихватив чистое исподнее и кусок чистого холста для пленника, Мишка развязал ему руки и повёл в баню.

Снабдив мужика горячей водой и куском мыла, парень оставил его под присмотром молодёжи, а сам с удовольствием принялся париться, подзуживая Торгата поддать парку. Напарившись и отмывшись до скрипа, они вернулись в дом, где Илкен уже успел накрыть на стол.

Поглядев на это изобилие, Мишка сглотнул набежавшую слюну и, не удержавшись, проворчал:

— Тут роту накормить можно.

— Не ворчи, — весело отмахнулся Илкен.