Живым не дамся смерти 1/2

Хотя это только отчасти так, а по большому счёту, никого тут не волнует как там назовёшься, когда в этом месте, самых невероятных и фантастических возможностей для твоего воображения, – вот такие барные заведения, по своему прямому функционалу ближе стоят к заправке и расширения возможностей вашего мозгового центра в плане воображения и фантазии креатива, а не к распивочной, что есть фу, моветон и слишком вы, батенька, прискорбно для себя и тухло мыслите, – даже самый приобщённых к земному притяжению ум, возьмёт и дерзнёт о себе вообразить не меньше, чем о Юлии Цезаре и Наполеоне в одном своём прогрессивном лице.

И это ещё самый бюджетный вариант для этого заведения и для людей на тот момент в нём находящихся. Кого может и коснётся стороннее касательство этого длинного носа новоявленного Наполеона, решившего тут устроить для всех свой Аустерлиц и Ватерлоо, засунув все свои самые обширные начхательские на всякие приличия планы вам в кружку, – позвольте я вам надоем и потревожу, взявшись за ножку сопровождающей ваши желания дамы, – и это всё не слишком затратно для вас, умеющего усмирять вот таких нахалов одним своим грозным видом и рыком, а вот захоти какому-нибудь человеку из зала вообразить себя каким-нибудь супер-героем из настоящего, – а для этого есть все основания, он всегда себя считал пупом земли, – то тут будь готов к глобальным перестройкам своих вежливых и культурных планов на вечер.

В них обязательно будут внесены изменения новоиспечённым и только что себя осознавшим бэдменом.

А вот нечего было настаивать на штрафной, а затем не выпускать из-за стола, даже по весьма важной и уважительной причине душу компании, человека оркестр и всё в том же роде такое, за кого все тут, за одним из столиков, принимали Никифера Петровича. Ну и Никифер Петрович, так сказать, пересидел на одной умственной передержке, изо всех сил и что важное, терпеливо сдерживая в себе естественные потребности, которые требуют от цивилизованного и культурного человека уединения, то есть на время отлучиться от общего веселья.

Ну а товарищи по столу Никифера Петровича, как оказалось, только о себе и своём благополучии думали, не отпуская его от себя и требуя и требуя от него историй самого развлекательного и смешливого характера, рассказывать которые он такой мастер. Что он и выполнял со своей стороны, наполняя себя непомерной грустью и новыми штрафными подачами рюмок.