Гончая Бера

Савин взял метательное копье у подбежавшего мальчика и, улыбаясь, протянул ему.

– Бросишь?

– Куда ему, – раздалось сзади. – Он и держать не сможет…

– Покажите, каким концом вперед…

– Смотрите, он себе ногу проткнет…

– Ой, разбегайся, сейчас бросать будет… – веселились подростки.

Зоул медлил, глядя на гладкое буковое древко. Он еще не держал в руках дротиков, хотя часто тайком тренировался в меткости, швыряя камни из самодельной лыковой пращи. Но оружие охотников…

– Давай, чего боишься, – подбадривал Савин – все уже бросили.

Попробуй.

– Ну, чего пристал, – пробасил Зимер. – Знаешь ведь, не умеет, чего же…

– Бросай, – Савин заглядывал в глаза потупившемуся чужаку с приветливой улыбкой, – давай.

Зоул протянул руку к дротику, уверенно сжал ладонью и, глядя в лицо насмешнику, взвесил в руке. Оружие было тяжелее, чем казалось, но сбалансировано хорошо.

Поставив носки башмаков у черты, Зоул уперся взглядом в белый круг правой мишени, представив, как острие входит в него, прикрыл глаза, вспоминая, как метали копья остальные юноши.

Но в памяти остались только полет снаряда. Движения, за которыми он жадно следил, стерлись, размазались. Обрывки мыслей заметались в панике, предвкушая будущий позор. Но тело нежданно само вспомнило, что нужно делать. Ладонь нашла свое место на древке. Правая нога отступила назад, спина напружинилась.

Наконечник вошел точно в центр мишени и, пробив его, ушел в гальку. Толпа удивленно вздохнула.

Чужак повернулся к Савину, ошеломленному и раздосадованному.

– Отойдем на пару рук, – предложил сын Калана, – или боишься?

– Отойдем, – согласился Зоул и, отсчитав десяток шагов от черты, остановился, ожидая, когда вернуться мальчики.

Соперники приготовились. Зрители почти перестали дышать. И оба дротика легли в старые пробоины в белых кругах.

– Отойдем еще! – Азартно бросил Савин, отсчитывая шаги.

Зоул молча кивнул.

На этот раз дротик чужака вновь попал в край круга, а сын калана промахнулся.

Каменное острие лишь царапнуло край коры и, отскочив от гальки, упало перед треногой. Увидев это, вожак отвернулся и ушел в сторону поселка, пряча злое лицо.

В дальний путь Савин собрался основательно. Кроме заплечника за спиной, у него висели лубье с луком, тул со стрелами и два дротика.

– Ладонь Матери над тобой, – едва кивнул он Зоулу, соблюдая приличия. – Подождем Зимера. Ленивый мишук видно еще спит.