Петербургский сыск. 1870 – 1874

Путилин молчал, изредка бросал взгляды на женщину, тяжело разговаривать с родственниками убитых, но мог появиться маленький след, чтобы хотя бы тронуться с места на пути поиска истины.

Только через четверть часа женщина произнёсла первые слова.

– Ему было больно?

– Что? – Иван Дмитриевич хотя и ожидал, но все таки вздрогнул от неожиданности. – А? Нет, нет, он не почувствовал боли.

– Мне сказали, что его убили посреди улицы, – ее глаза начали оживать, руками теребила складки синей юбки, – что сделали с Глебом Даниловичем?

– Могу сказать, что для вашего супруга столь печальное событие прошло незаметно.

– Бедный Глеб Данилович, бедный Глеб Данилович, – Варвара Тихоновна не причитала, а вела себя довольно спокойно, только тихонько шептала.

– Варвара Тихоновна, – в первый раз обратился начальник сыска к женщине, – Вы не знаете, куда направлялся ваш супруг?

– Сегодня с утра он был в лавке у господина Смирнова, вернулся, как раз часы стучали третий раз, – она указала рукой на стену, где отмеряли бег «ходики» с массивными гирьками, – но пришел посыльный…

– Вы его знали?

– Нет, лет десяти – двенадцати мальчик, он сказал, что хозяин просит быть снова в лавке в половину седьмого, товар должны привести.

– Благодарю, – Путилин задумался и спустя минуту спросил, – вы узнаете посыльного?

– Нет, не знаю, – женщина потерла рукой лоб, – я видела его только мгновение.

– Хорошо.

– Иван Дмитриевич, – помощник ждал под навесом у входной двери, – полюбовника жены убитого зовут Бронислав Станкевич, проживает в доме Моргана, здесь рядом на Можайской.

– Любопытно, – вздохнул Путилин, воскресный вечер был испорчен, так хотя бы с пользой для дела нужно провести, – что ж, веди.

Впереди шел околоточный, показывая дорогу.

– Ваше Высокоблагородие, здесь можно дворами.

Иван Дмитриевич только кивал, не говоря ни слова.

Через десять минут поднимались по лестнице, отряхивая верхние уборы.

– Здесь они и проживают, – указал рукою на дверь.

Глухо прозвенел колокольчик, и дверь приоткрылась, сперва, маленькой щелью, но затем показалось лицо мужчины с короткой бородой.

– Добрый вечер, – произнёс начальник сыска, – нам нужен Бронислав Станкевич.

– Проходите, – сказал открывший дверь, заметив форму полицейского, – Броня дома.