Осторожно, двери открываются, следующая станция – Война!

Наконец, резкий осенний ветер, предвестник первых зимних холодов, разогнал тучи и высушил землю.

Глухо стучали копыта коней по выжженной равнине. Рыцарь, которого за глаза слуги уже называли «Рыцарем сожженной дубравы», разослал всадников в поисках человеческих костей.

– Посмотрите сюда, сэр! – Неожиданный крик одного из слуг заставил Уинсли вздрогнуть. Обрадовано чертыхнувшись, рыцарь пришпорил коня.

Каково же было его разочарование, когда он увидел белесую каменную площадку посреди черной запекшейся земли.

– Что это? – Опешил рыцарь.

– ТВОЯ КАРА. ТВОЙ КРЕСТ. – Голос звучал в голове рыцаря негромко, но удивительно внятно. – ТВОЙ КРЕСТ И КРЕСТ ПОТОМКОВ ТВОИХ. ТЫ ЗНАЛ О ВРАТАХ СЧАСТЬЯ И РАДОСТИ, ВРАТАХ РАЯ, КАК ГОВОРИТЕ ВЫ, ЖАЛКИЕ ЗАЛОЖНИКИ ВРЕМЕНИ. ОДНАКО, ЗНАТЬ О РАЕ, ПРИКАСАТЬСЯ К РАЙСКИМ ВРАТАМ И НЕ ВОЙТИ, ВОТ МУКА, КОТОРАЯ БУДЕТ ВСЕГДА С РОДОМ УИНСЛИ! ПРОЩАЙ, ХРАМОВНИК!

В ужасе рухнул рыцарь на колени и, рыдая, долго гладил камни площадки. Слезы и размазанная по лицу зола превратили лицо в жуткую маску.

Воины, собравшись вокруг хозяина, молча ждали, когда он успокоится. Наконец, рыцарь пришел в себя и позволил слугам помочь ему умыться, но до самого рассвета не уходил отряд от каменной площадки.

Когда уже совсем рассвело, сев на коня, сэр Артур Уинсли посмотрел на замысловатый истертый орнамент под ногами. Рисунок напоминал неестественно-ровную паутину, в центре которой выступал круглый камень. Спешившись, рыцарь поддел его кинжалом. Каменная пробка отскочила, и в углублении открылся голубой кристалл с геммой-инталией[22 - Инталия (от итал.

intaglio – резьба, резьба по камню) – разновидность геммы, ювелирное украшение, выполненное в технике углублённого (отрицательного) рельефа на драгоценных или полудрагоценных камнях, или на стекле.]в виде треугольника, обрамленного причудливым орнаментом, напоминающим венок. Сколько Рыцарь Сожженной дубравы не пытался достать его из глубины каменной плиты, ничего не получалось. И понял он, что это не гемма, а замок на Вратах Рая.

Больше никогда и никого не подпускали потомки лорда Сожженной Долины к каменному «Пятачку».

Уинсли следили, чтобы на этой выжженной равнине с тех пор ничего не росло кроме травы. Однако, несколько дубов поднялись на месте бывшей дубравы.

– Привет, дед! – Единственным человеком, которому была позволена подобная фамильярность, был сэр Артур Уинсли-младший. Сухощавый спортивного вида молодой аристократ, отдающий должное моде.