Школа ментального чтения

– Если названная цена слишком высока для вас, я могу порекомендовать вам другого художника.

– Нет, я хочу портрет, написанный вами.

– Возможно, что примерно через полгода я смогу найти время и приступить к работе.

– Полгода?! Так долго?! За свой портрет, написанный великим мастером, я готова отдать душу дьяволу! И тело в придачу. Но если бы он был похож на вас, я бы сделала это с удовольствием.

Которский подумал, что ему будет не легко избавиться от этой женщины и, после некоторого раздумья, решил ее проучить.

– Предлагаю вам портрет на выбор. В одном случае я исполню его в вашем вкусе. Поверьте, краткого общения с вами было мне достаточно, чтобы оставить о нем представление. В этом случае вы оплачиваете мою работу. Но могу изобразить вас такой, какой вы видитесь мне в перспективе. В этом случае я не возьму денег за портрет.

– О! Я жажду увидеть себя глазами маэстро! Но мне хотелось бы иметь два портрета.

– То есть, один портрет вы хотите иметь в собственном вкусе?

– Нет. Пусть оба будут в вашем вкусе.

Только на одном я должна быть одетой, но я еще не решила, какое платье избрать. А на другом – обнаженной.

– Понятно. С какого же портрета мы начнем?

– С того, где я изображена обнаженной.

После этих слов женщина обнажилась столь быстро, что художник не успел ее остановить.

– Ну что же, приступим к работе, – с затаенной угрозой в голосе проговорил Которский.

– Где мне расположиться?

– Присядьте, пожалуйста, на диван.

– Какую мне позу принять?

– Какую заблагорассудится.

Женщина на этот счет изобретательнее мужчины.

– Хорошо.

Лидия расположилась на диване в позе, показавшейся ей наиболее завлекательной.

Которский с каменным лицом подошел к мольберту. Кисть в его руке двигалась с фантастической скоростью. Воцарилась мертвая тишина. Лидия попыталась ее нарушить.

– Какой преданностью искусству надо обладать, чтобы так бесстрастно взирать на обнаженную красоту.

– Прошу не отвлекать. Это мешает работе.

Примерно через два часа портрет был закончен.

Надо отдать должное упорству Лидии: за это время она почти не шелохнулась.

– Вы можете одеться.

– Но здесь так жарко.

– Как вам угодно. Когда краски высохнут, я покрою портрет лаком и пришлю его вам.

– Вы не мужчина, а кремень. Неужели вы равнодушны к женщинам?

– Не смею вас больше задерживать.

– Я сгораю от нетерпения взглянуть на портрет.

– Только после того, как я покрою его лаком и помещу в достойную раму.