Худший в мире актёр – 2

Ему это как-то ловко удалось, на раз-два. Джеку разрешались получасовые перерывы дважды в день. В кабинете режиссёра плескался телефон. Иосиф, вернувшийся выпить кофе, поднял трубку.

– Что за вакханалия происходит у вас на площади? – это был министр культуры.

Иосиф не напрягался и разговаривал по-приятельски:

– А, это развитие культуры в самом лучшем смысле. И бесплатно, кстати.

Из окна министерства, как заячьи уши, торчали два ботинка. Это министр сложил ноги на подоконнике.

– Продолжайте развивать культуру.

Мне нравятся всякие странные штуковины. Очень интересно. Я бы с радостью сам погулял по площади, лет пятьсот не видел такого зрелища. Я почему спрашиваю. Мне звонил министр культуры мира и сказал, что до него дошли вести о вашей вакханалии. Я говорю, что не вопрос, сейчас узнаем. Вот, узнал, спасибо, передам ему.

– Вас понял, – ответил Иосиф.

– Люблю работать с профессионалами. Как дела, мой лысый друг?

– Несмотря на мои скошенные волосы вашим раскосым взглядом, приходится блуждать в джунглях невероятнейших курьёзов.

– Недурственно, весьма недурственно. Ну ладно, всего доброго. Главное, чтобы этот артист не призывал сместить царя.

– Такого не произойдёт. Цари уже давно в прошлом.

– И то верно. С тобой, дружище не поспоришь, мать твою.

– Твою мать.

– Нет, твою.

– Твою.

– Вот и поспорили. Блестящий вы персонаж моей биографии, – сказал министр.

– И вам того же.

Министр был, на самом деле, серьёзным человеком. Просто он развлекался во время обеденного перерыва, разбавив кофе-брейк разговором с другом.

Человек без юмора менее эффективен в делах. Он причёсывался, как Ретт Батлер и носил красивые недлинные усы, что говорило о его вкусе. Рубашку предпочитал белую в синеватую полоску и большим воротником, а сверху принципиально надевал коричневый вельветовый пиджак. Иногда он покуривал трубку. Но не из-за тяги к курению – он презирал эту привычку – а из-за качества своего портрета. Без трубки он был не так симпатичен – всё равно, что пароход без дымовой трубы – чёрте что.

Тем временем карлик собирал с народа деньги. Их они с Джеком делили на двоих. Проверить честность карлика возможности не было. И навсегда останется загадкой: обманывал ли карлик? Он проложил в толпе великанов коридор, поставил лестницу и сказал:

– Ваше величество, можете спускаться.

Джек спускался по трапу, удовлетворённый произошедшим. Во всём этом, конечно, отсутствовал смысл, но и бессмыслицы не было.