Бесконечное лето

Особенно к самым близким людям. Постоянно говорил им обоим, что люблю их. Отец всегда молча заливался краской и тут же менял тему разговора или вспоминал о срочных и важных делах, а мама отвечала мне взаимностью. Папа никогда не говорил мне прямо о своих чувствах. Может быть, мне не хватало этих слов и объятий в детстве, и именно из-за этого я так трепетно отношусь к своим родителям сейчас?

Не знаю.

Мне часто хочется сказать им, что люблю их, и что они самые лучшие, когда понимаю, что придёт время, и я останусь один.

Они должны знать, что я благодарен им за моё счастливое детство и за то воспитание, которое мне дали, и что они, в конечном счёте, просто состоялись как родители. Говорить об этом нужно, ведь возрастные кризисы не прекращаются вместе с половым созреванием – они продолжают появляться в определённые моменты жизни даже у совсем уже взрослых сложившихся людей. Что может быть лучшей поддержкой в такие моменты, чем слова благодарных детей? В конце концов, все мы однажды будем лежать на кровати (как писали в старых книгах – «на смертном одре») и подводить итоги своей жизни, и было бы неплохо в этот момент знать, что твои дети тебя любят. А вот несказанные слова навсегда обречены остаться одинокими, никому неизвестными мыслями. Разве стоит их жалеть для близких?

Таксист оказался прав: мы очень быстро доехали до аэропорта. Я расплатился с ним наличными.

– Это тоже вам, – я протянул ему записку.

– Что это? – недоверчиво спросил шофёр, но всё же взял бумажку.

– Обязательно сходите в библиотеку и возьмите почитать.

Я думаю, вам понравится.

Он с удивлением посмотрел на меня, и я для большего эффекта дважды кивнул с уверенным видом.

– И. Шоу, «Ночной портье»?

– Да, маленький романчик американского писателя, в котором главный герой крадёт деньги у мертвеца и принимает участие в съёмках порнографического фильма. Ничего себе, да?! Классика, между прочим. Но я бы советовал вам сказать библиотекарше как бы мимоходом, что берёте не для себя. Скажите, мол, жене. Вдруг она её тоже читала, как бы чего не подумала! Ну, всё, Спасибо! Да здравствуют книги! Auf Wiedersehen[8 - До свидания (нем.

)]!

Поспешно хлопнув дверью, я засеменил к входу. Покуражился, и будет.

Я быстро прошёл регистрацию, контроль и предполётный осмотр. Самолёт вылетал в 18:30 – уже совсем скоро. Рейс был подобран таким образом, чтобы в половине девятого сесть в аэропорту Харвина и прибыть в гостиницу «У погибшего альтруиста» в Долине Свободы до десяти вечера.