Дракон проснулся

– Благодарю за столь быстрое сопровождение! Мне и вправду пора было просыпаться! – я даже улыбнулся, и мой оппонент снял цилиндр и потянулся, чтобы прикрутить лампу над головой, дабы дать мне возможность рассмотреть его.

В моей голове теснилось множество вопросов, но я был слишком ленив и горд, чтобы обрушить их на голову смертного, стремительно проигрывающего чахотке. Пусть побережёт силы и сам расскажет мне то, что захочет. Так я не выдам своего интереса.

Божество, коим огнепоклонники меня считали, не должно снисходить до смертных, тогда ему станут поклоняться.

Я бы, разумеется, предпочёл поскорее отделаться от них, но всё лучше ехать до столицы в уютной, хоть и душной карете, а не брести по дороге в ожидании хоть какой-нибудь повозки.

И не опускаться до разбоя.

Тем временем света стало достаточно, чтобы я увидел лицо того, кто меня подвозил. Увидел, и с губ моих сорвался удивлённый возглас.

2

.

Ниара

– Верная мысль! – подхватила мама, с которой всё было условлено заранее.

Отцу предложение не нравилось, я чувствовала, что он не готов сейчас дать нам отпор, но вскоре подберёт аргументы, мешающие воплотить замысел в жизнь.

Это было моей идеей, легко было убедить мать и сделать так, чтобы она считала, будто эта мудрая мысль явилась ей, как матери семейства и той, кто заботится о благополучии не только одной, прямо скажем, не самой любимой дочери, но и остальных.

Мои сёстры должны были сделать хорошие партии, а как этого добиться, когда королевская кровь, текущая в их жилах, смешана с восточной кровью ведьм, замешанных в чёрных делах? Не говоря уже о том, что подобная магия приводит к безумию.

Никто не захочет видеть своего сына с рогами, наставленными ему женой из проклятого рода. Моя прабабка изменяла супругу, говорят, и понесла первенцем не от него. По счастью для всех ребёнок родился мёртвым, и уже это повредило её в рассудке.

– Подумай, Рональд, это же служение Двуликому! Не заточение, а именно молитвы и уход за сокровищницей.

Многие дочери знатных семейств мечтали бы о таком, да и в сокровищницу отбирают немногих.

– А её отберут? – отец грозно посмотрел на мать, начисто игнорируя меня. Сёстры, сидевшие рядом, в страхе вжались в бархатные спинки скамеек и потупились, беззвучно бормоча молитвы.

Эти три дурочки считали, как и многие, что служение Двуликому уже доказательство того, что тебе есть в чём раскаиваться.