Избранница Серых холмов

– Послушай, – девушка уселась в кресло, не дожидаясь приглашения.

Она была неплохой, не замешанной в подлостях матери, и вреда мне никогда не причиняла. Мы жили, будто в разных мирах, которые никогда не пересекались. И всё же, положа руку на сердце, стать и манеры матери у Уны отсутствовали напрочь.

– А если я откажусь от наследования трона мелиад, ты поговоришь с фейри, чтобы те не брали меня? – Уна вздохнула, расправляя складки на бледно-голубом платье и робко посмотрела на меня. С надеждой.

– Дам клятву на ясене, что и не помыслю о престоле, – добавила она, ловя мой взгляд и покусывая губы.

Мне стало её жаль, но Кхира так выразительно посмотрела из-за спины Уны, что я вспомнила: меня они не жалели. И та же самая Уна, не случись так, как случилось, спокойно бы ждала, пока мать передаст ей трон моих предков. И никто из них не вспоминал бы даже мельком об отправленной ими в подземелье истинной наследнице угасающего рода Леонориев!

– Зачем мне помогать тебе? – спросила я холодно и отошла к окну, встав к нему спиной, чтобы лицо оставалось в тени, и Уна не видела, как мне больно от одной мысли, что именно я всё равно уеду.

– Да зачем тебе этот престол?! – вскочила Уна в возбуждении, заламывая руки. – Это только видимость и дань традициям. Мелиады давно ничего не решают! Мать просто играет во власть, но, как обереговая кукла, не имеет реальной силы. А наряды… так их можно носить, не будучи королевой ясеневой рощи!

Она искренне не понимала и считала трон моих предков просто развлечением для ненаигравшихся в принцессу девочек.

– Моя мать, перед тем, как её отравили, взяла с меня слово, что наш род останется на троне, – спокойно ответила я, глубоко вздыхая, чтобы скрыть слёзы. Они каждый раз набегали на глаза, когда я вспоминала о матери. Она так многого не успела мне рассказать!

Иногда я ловила себя на мысли, что начинаю забывать её лицо. Только переливчатый негромкий смех, похожий на журчание ручья, оставался в памяти и согревал душу.

– Они всё равно тебя заберут! – в глазах девушки заблестели слёзы, и она бросилась прочь, чуть не споткнувшись о сундук, который услужливо поставила на её пути Кхира.

– Ей больше нечем крыть, арта, – улыбнулась служанка, закрывая дверь в комнату.

– Она права, – тихо произнесла я, делая большой глоток из чашки травяного настоя, который для меня приготовила Кхира, ещё до того как сюда заявилась Уна. – Сиды заберут меня.