Операция «Спасите Пушкина»

Резинка с видеокамерой на голову. Наручные часы. И одноразовые трусы.

– Это еще зачем? У меня свои есть.

– Это time marker[1 - Маркер времени (англ.)]. Знаешь такое английское словечко?

Дэйв кивнул.

– Ну вот. Как трусы на тебе сгорели, значит, ты попал во временную линию. Знак тебе такой.

– Как сгорели? – опять запаниковал Дэйв.

– Ну, не сгорели, а как бы испарились. Олаф пока ничего более научного не придумал, кроме бумажных трусов. Трусов нет, значит, синха сработала и ты, брат, попал в прошлое.

– Так что же мне там, голому бегать?

– Да кто тебя там знает? Ты для них обычное животное без трусов. Давай одевайся. Я снаружи побуду.

Заяц пихнул пакет с содержимым Дэйву в лапы и шагнул за ширму. Дэйв раскрыл пакет и вытащил черную резинку с небольшой видеокамерой, наручные часы с большим циферблатом на кожаном ремешке и бумажные черные трусы, готовые развалиться от первого прикосновения. Они и развалились на две половинки, как только Дэйв достал их из пакета. Дэйв приложил одну половинку трусов к брюшку, а их края нацепил на иголки по бокам.

Вроде держатся. Сойдет. Часы легли на лапку, как будто были там все полтора года жизни Дэйва. Но резинка от видеокамеры никак не растягивалась до нужного размера. Голова у Дэйва и так была приличная, плюс иголки.

– Эй, Ахиллес. Поди сюда. Не могу надеть камеру.

Заяц шагнул за ширму и захохотал.

– Ой, не могу. Трусы-то, трусы. Ну ты башка. Придумал, как их нацепить. Мои-то сразу развалились. Пришлись жвачкой приклеить.

Глупый я тогда еще был. До сих пор ожог от синхи.

Заяц распахнул халат, поднял майку и показал коричневое пятно на своей шерсти.

– Ну ты молоток. Придумал же. Слушай сюда.

И заяц принялся приспосабливать резинку с видеокамерой на голове Дэйва, попутно выдавая инструкции.

– Ничего там не ешь. Да тебе и некогда будет. Времени у тебя всего 3 минуты 45 секунд. Старайся особо не попадаться на глаза. Ну, катится себе еж и пусть дальше катится. Долго не задерживайся в первой временной плоскости.

Нечего там делать. Тебе надо во вторую, в литературную. Там все действие и происходит.

– А как назад попасть?

– Смотри на часы. Они твое пребывание отсчитывают. На последних пятнадцати секундах часы запищат, и ты начнешь сам испаряться, как твои трусы, и снова окажешься в камере центрифуги.

Дэйв хотел кивнуть, но передумал. Еще зайца поцарапает. Дэйв всегда переживал за свои иголки и держался от окружающих чуть в стороне, чтобы их не задеть.