Подмена

А тот, поравнявшись наконец со скамейкой, на которой она сидела, повернул голову и воскликнул:

– Марь Иванна? Здравствуйте! Что вы тут делаете? Вышли воздухом подышать?

Удивление в его голосе казалось столь ненатуральным, что Роза Иоанновна невольно поморщилась. Актер, конечно, еще тот…

– Да, деточка, – сказала она. – Воздухом дышу, – и посмотрела на «ребенка». – А вы неужто на прогулку собрались? Так поздно?

– Нет, в магазин решили заглянуть…

– Ай, и какой же чудный у вас мальчик! – сладким голосом пропела гадалка, буравя взглядом малыша.

– Ага, – буркнул тот. – Разбежался. Мне всего пять лет, бабуся!

Митя вздрогнул и выпустил его руку, а Розу Иоанновну передернуло.

В тусклом свете луны подменыш казался самым обыкновенным ребенком. Но если у старухи и оставались какие-то сомнения, сейчас они развеялись окончательно. Перед посторонними людьми маленький хамоватый гоблин даже не пытался скрывать свою истинную сущность…

– Пять? – она кое-как взяла себя в руки и изобразила недоверие.

– Давай, – коротко сказал жуткий ребенок.

Ее опять передернуло, но, не проронив ни слова, Роза Иоанновна торопливо расстегнула сумку. Этот неприятный спектакль следовало довести до конца как можно быстрее.

– Так… и где же у меня была конфетка? – забормотала она. – Тут? Или там? Ах, вот она где!

Шапочка-колокольчик лежала, разумеется, сверху, и старая гадалка вытащила ее и развернула.

– Конфетка внутрь провалилась, – сказала она. – Достань-ка сам.

Он проворно сунул руку в шапочку, выудил конфету и, сунув ее в рот вместе с оберткой, смачно зачавкал. Взгляд подменыша, как и было рассчитано, приковался к необычному головному убору, уж ему-то, вне всякого сомнения, хорошо знакомому…

Роза Иоанновна повертела шапочку в руках.

– Красивая, правда? Не хочешь ли примерить, дружочек? – с замирающим сердцем просюсюкала она.

– Давай, – снова сказал подменыш и стащил с головы свою шапку.

Старуха дрожащими руками натянула на него «колокольчик» и расправила отвороты-лепестки.

– Восхитительно! Прелестно! – воскликнула она не менее фальшиво, чем Митя Бранников, и опять полезла в сумку. – У меня и зеркальце есть. Полюбуйся на себя… только темновато здесь, пожалуй.