На спине дракона, попивая чай с Утренней Звездой

Он, конечно, не знал, что получит от этой поездки… Может просветление? Но, его мотивация была сильна как никогда – его новый таинственный знакомый никак не проявил себя за прошедшее время, а попробовать древнюю восточную мистическую практику было тем, что позволит Клеону вновь прикоснуться к этому чувству. Он внезапно осознал, что ни разу в жизни не был один. То есть, в данный момент, он жил один, да и постоянной девушки у него тоже не было, но если взглянуть шире: Сейчас он живёт в городе, в котором есть и другие люди – буквально в двадцати метрах от его спальни спит другой человек, и сейчас он осознавал это.

Везде по улице идут люди, почти за каждым окном дома человек, со своей жизнью, мыслями и устремлениями. Клеон практически прочувствовал себя в огромной семье, и он понял, что это чувство всегда было с ним, просто раньше он не замечал его, а теперь была чёткая дифференциация его от остального ощущения. И ему не стало приятно или неприятно, он просто понял то, что чувствовал всю жизнь. Так, а что если по-настоящему побыть одному?

Для подобного опыта Клеон выбрал в Google Maps невысокий, но широкий холм, в сотне километров от города и трёх километрах от ближайшей деревни – что ж поделать, до ближайших мало-мальских гор было, по меньшей мере, тысяча километров.

Клеон нёсся на своей машине по шоссе из города, подобно зверю, освободившемуся из силков. Как приятно взглянуть на окончательно ожившую природу в самом расцвете сил в лучах весеннего солнца! Зеленеющий лес и трава, ветер колышущий листья и несущий сочный аромат полей, и фантастическое тёмно-синее небо с калейдоскопом облаков, напоминающее о масштабах и удивительной красоте мира в котором он жил.

Но вот, шоссе уже превратилось двухколейную дорогу, а встречные машины стали попадаться всё реже и реже. Миновав последнюю по маршруту деревню, художник стал присматриваться к подходящему месту. Оставив машину на обочине, он пошёл по ещё не высокой, но густо растущей траве, на вершину холма, прихватив с собой раскладной стул – оттуда должен был открываться потрясающий вид на окрестности.

Справа от холма протекала река, на ряби которой сверкали тысячи солнечных бликов, так же сильно контрастирующих с тёмной водой, как прохлада весенней речной воды контрастирует с жарой полуденного солнца. На другой стороне реки стоял густой, бескрайний лес, как могло показаться человеку, не знавшему, что через сто метров там начинается очередная деревня.