Выскочка, научи меня плохому

– Не знаю, Лиль, – Стёпка взял бутылку с водой и жадно отпил из нее, вытерев тыльной стороной ладони губы и подбородок, по которому потекли капли, – парень не вызвал ментов, не взял натурой, а просто пригласил на светский раут. К тому же, если брать в расчет твое место проживания и действующих родаков, то вы не особо отличаетесь для общественности.

– Боже, Вольный, я не знала, что в твоем словарном запасе прибыло. – Усмехнулась, переходя в нападение, ведь слушать оппонента человека, назвавшего меня, на минуточку, Выскочкой, не хотелось, тем более, когда это был друг, МОЙ друг.

– Не заводи нашу дикую кошку, – усмехнулся Лёха, откидываясь на спинку старого стула и упираясь затылком в стену, – а то и нам глаза выцарапает.

– О-о-о, не утрируй, Богданов. – Скривилась, нервно одергивая топ. – Царапаться – это не мое. Вот по печени тебе несколько раз съездить – всегда пожалуйста. – Я поклонилась и улыбнулась другу, который развел руки в стороны.

– Я просто минимизировал твои возможности. – Лёха тяжело вздохнул, посмотрев на мотоцикл, который теперь окончательно превратился в груду хлама.

– Соберешь другой. Тут точно с тормозной системой что-то было не так. – Сказала с видом эксперта, но Богданов лишь отрицательно покачал головой. – Как нет? Я нажимала, и ничего не сработало. Только силы свыше, – указала на потолок амбара, где мы находились, – мне помогли не отправиться к ним.

– Изобретатель и механик из меня хреновый, значит. – Констатировал факт друг и разочарованно цокнул.

– Ты мог бы поступить в колледж и отучиться на механика. – Предложила Богданову в очередной раз, но он лишь криво улыбнулся.

– Ты же знаешь, что все не так просто. Мне сейчас деньги нужны, а не потом. Нет времени, Алимеева. – Он сложил руки на груди, показывая, что продолжать разговор не хочет.

– Хоть ты ему скажи. – С недовольством смотрю на Вольного, который лишь плечами пожимает.

– Цветочек, из нас троих с приемными родителями повезло лишь тебе, поэтому ноги в руки и потопала домой, пока тебя не начали искать с мигалками.

Да, у самой под ребрами замирал жизненно-важный орган, особенно при взгляде на него. Столько боли в голубых глазах, и ни одной эмоции на лице. Незнакомый человек не смог бы заметить разницы, но мы с Вольным все видели и чувствовали.