Каскадер и Амазонка

В ответ на робкую ласку Алиса только крепче прижалась лицом к грубой вязке его свитера. Сколько прошло времени – минуты? часы? – прежде чем Джеймс почувствовал, что напряженное тело женщины расслабилось, но он продолжал ее баюкать, тихо перебирая золотистые локоны. Если бы кто-нибудь увидел сейчас его лицо, то не узнал бы голливудского супермена. Плачущую женщину обнимал мужчина, глаза которого светились добротой и сочувствием. Его губы мягко улыбались. Даже веснушки казались больше и заметнее на потерявшем скульптурную жесткость лице.

Алиса, пряча лицо на его груди, прошептала:

– Прости меня. Я… я не знаю, что со мной.

Он чуть сильнее прижал ее к себе и ласково улыбнулся.

– Девочка моя, – его губы почти касались ее волос, – что ты? Не надо, не говори ничего.

Он тихонько гладил ее по волосам, боясь нарушить возникшую близость. В его объятиях было не больше эротизма, чем в объятиях отца или старшего брата, и постепенно Алиса оттаяла в кольце его сильных рук.

Наконец она судорожно вздохнула, на мгновение прижалась щекой к его широкой груди, а затем мягко, но решительно высвободилась из объятий и, нехотя поднявшись с дивана, отошла к окну, за которым манили холодным светом далекие звезды.

Прихрамывая, Джеймс подошел и встал рядом с ней. Они помолчали. Алиса смотрела в ночное небо, и все происходящее ей казалось не более реальным, чем сон. Казалось, что сейчас она проснется – и все исчезнет, а будет любимый Питер, дом на углу улицы Некрасова и Суворовского проспекта, привычное мяуканье соседской кошки и ласковые серые глаза Дюши… Андрея! Этого сукиного сына!!

У нее возникло ощущение, будто из райских кущ ее швырнули в зловонное болото с пиявками.

Джеймс, искоса наблюдавший за Алисой, поразился тому, как ее лицо из доброго и растерянного мгновенно стало холодным и мстительным. Ласково обняв ее за талию, он наклонился к любимой.

– Забудь! Здесь ты под моей охраной.

Мягко, но решительно она отвела его руку.

Воспоминания о недавних событиях вернули беглянку на землю, позволив без трепета взглянуть каскадеру в глаза.

– Прости, Джеймс, но я не могу. Я сейчас позволила себе лишнее, но этого больше не повторится, поверь мне. И вообще… Мне кажется, я должна уехать… И как можно быстрее.

Как бы в подтверждение своих слов она шагнула в сторону, будто опасаясь, что близость Джеймса отнимет у нее последние силы.