Однажды в Прибалтике. Мы едем в Америку

– Контролировать мысли… Каким это образом? Для чего? Что молчишь? Проглотила язык?

– Наши мысли не исчезают бесследно, – нехотя процедила Тамара, понимая, что муж все равно не отстанет.

– И куда же они деваются?

– Претворяются в жизнь.

– Ты серьезно?

Алексей осуждающе покачал головой.

– Что за глупости ты несешь?

– Вовсе нет.

– Хорошо. Расскажи еще что – ни будь.

Поняв, что над ней насмехаются, Тамара сглотнула возникший в горле комок. Не хватало еще опозориться. Но и отступать было глупо.

– Любая мысль обладает сознанием, – после непродолжительного молчания, сообщила она.

– Чем обладает?

– Сознанием.

У Алексея сделалось озабоченное лицо.

– Считает, что я умом тронулась, – сообразила Тамара, – ну сейчас я его удивлю. Собью спесь.

– Мысли – это некие сущности, называемые эгрегорами. Они могут действовать самостоятельно.

– Правда?

– Да. Чем больше людей одинаково мыслит, тем более могущественным будет эгрегор.

– Ну и где он находится?

Алексей присел на уголок дивана.

– Заинтересовался, какая я молодец! – возликовала Тамара, стараясь придать себе скучающий вид.

– Он везде, он витает в пространстве и… ждет. Как только кто – нибудь выпустит сходную мысль, вибрирующую на частоте данного эгрегора, тот подпитывается от нее. И становится еще более сильным, естественно.

– Ишь ты!

На лице у супруга появилось скорбное выражение.

– Понимаю, не веришь мне, но не делай поспешные выводы, слушай дальше. Мысли могут атаковать, желая подольше сохранять над нами контроль.

– Жуть!

– К примеру возьмем алкоголика…

– Эк, куда тебя занесло!

– Он не может не выпивать. Почему?

Тамара выждала паузу, но ответа не дождалась.

– А чего ж замолчала? – не выдержал наконец Алексей, – продолжай проповедовать. Просвети меня.

– Ну а сам – то как думаешь?

– Силы воли нет. Любая зависимость от распущенности.

– Неверный ответ.

– Эгрегор алкоголиков? Ну даешь!

– У заядлых курильщиков, кстати, тоже имеется свой эгрегор. И у всех остальных.

Тамара запнулась на полуслове, не зная, как продолжать.

– Делать тебе больше нечего, как молоть всякую чушь, – зевнул, поднимаясь, Алексей, – не ожидал от тебя подобного.

Он решительно направился к двери.

– У тебя, между прочим, простуда. Тебе бы поставить горчичники, хорошо пропотеть.