Однажды в Прибалтике. Мы едем в Америку

Устроившись, первым делом подружился с мясником, чья небольшая каморка находилась неподалеку. Злые языки утверждали, что иногда за закрытыми дверями мужчины поддавали там, ибо оба являлись большими любителями горячительных напитков.

Николай Иванович преобразился – физический труд пошел ему явно на пользу. Он похудел, исчезло одышливое дыхание, сошел жирок с талии. Через пол года стало понятно – эта работа пришлась ему по душе. Не нужно больше сидеть без движения в душном прокуренном помещении, где плавали клубы сизого дыма и временами было совершенно нечем дышать.

Теперь он находился на рампе, по сути являясь ее хозяином.

Получил право беспрепятственно посещать склады и подолгу оставаться там, что положительным образом сказалось на личном благосостоянии. Ничто не мешало заныкать, к примеру, пачечку кофе или банку мясных консервов. Одни же соблазны вокруг! В общем жизнь радовала, отношения с продавщицами так же заладились. Если хозяйка по – прежнему не замечала его, то простые работницы выказывали уважение.

Они с удовольствием слушали умные, длинные речи и были почтительны, совсем не то, что те фурии из кафе. Мясник Афанасий сделался лучшим другом и, не чинясь, оставлял внушительные куски вырезки, благодаря чему супруга наконец – то начала относиться к Николаю Ивановичу благосклонно.

Появились кое – какие деньжата от незаконных сделок с поставщиками, просившими иной раз приглядеть за открытой машиной пока выгружался товар. Вокруг ведь крутилось так много шакалов, готовых в мгновение ока спереть то, что плохо лежит.

Бывало, с раннего утра у рампы дежурили подозрительные личности, караулившие потенциальную добычу. Им хватало нескольких секунд, на то что бы «умыкнуть» палку колбасы или упаковку сахара.

Николай Иванович их всех знал в лицо, а с некоторыми даже здоровался. Он стал для многих незаменимым. Если у поставщика не имелось напарника, который бы оставался в машине, тот поневоле был вынужден обращаться к надежному человеку. Грузчик получал за свои труды небольшую мзду, не отказывался и от продуктов.

Все шло замечательно, но подгоняемый собственным непомерным тщеславием, он по-прежнему не терял надежды когда – нибудь, встретившись наконец с Анатолием, восстановить с ним былые приятельские отношения. Поэтому и старался все замечать, фиксируя «для истории» любые события, представляющие хоть какой – нибудь интерес.

Вид старшего кассира с необычайно багровой физиономией заставил его призадуматься.