Лугорские хроники

– Как скажете, чистый отец. Только для нас, истинных сынов веры, только Вы один…

– Будет, будет, – подобревшим голосом прервал его Отис. – Так с чем пожаловал, яр Витлиам?

– Защити, отец! За сына своего прошу. Измываются, непотребства всякие творят. Вот! – с этими словами яр вытащил из-за пазухи и протянул Отису помятый клочок бумаги, исписанный корявым почерком.

Отис насторожился. Неужели его молитвы услышаны? Нетерпеливым жестом он велел яру подойти, выхватил послание и принялся читать. Разбирать каракули удавалось с трудом, но старик чувствовал: вот оно, то самое.

Крючок, на который он подцепит и вытащит на свет затаившуюся скверну. Глаза заблестели, в висках застучало. Чистые боги на его стороне! Они посылают помощь, они надеются. Не проворонь, Отис, не упусти скверну! Выжги её святым огнём, где бы она ни затаилась, в какую бы щель ни заползла, какой бы облик ни приняла. Пусть даже это облик самого наследника престола… Будь твёрдым до конца, исполни свой долг. Твои братья на небесах ждут и молятся за тебя.

Оторвавшись от чтения, Отис посмотрел на яра тем пронзительным взглядом, от которого у многих душа уходила в пятки, а колени сами собой подгибались.

– Неслыханную весть принёс ты мне, яр Витлиам. Если всё это правда…

– Правда, чистый отец!

– Твой сын подтвердит свои слова перед судом?

– Перед судом? – растерянно повторил яр.

– Лугория в опасности, а ты блеешь, как овца! Твой сын смелее тебя, он не побоялся сразиться со злом, вывести его на чистую воду! Скверна подползла к самому престолу.

Нельзя медлить!

– Скверна?! – лицо яра посерело.

– Мы должны всё выяснить. Найдутся и другие храбрецы, кто не станет молчать. Приведи их ко мне. Не дадим злу растерзать детей наших. Спаси Лугорию – и Лугория вознаградит тебя.

Витлиам внимал словам старца, исполняясь ужасом и восхищением. Сам неистовый Отис призывает его на борьбу со злом. Ах, как же хочется незаметно исчезнуть отсюда и появиться у себя в замке, и чтобы слуги несли жареного поросёнка, и индюка в яблоках, и пышный сырный пирог, и холодное тёмное пиво… Яр судорожно сглотнул и испуганно уставился на старика, покрываясь холодным потом.

Сколько он пропустил мимо ушей, размечтавшись о пиве?

– Да, чистый отец! Спасём Лугорию! – воскликнул он, прижимая руки к груди.

– То-то. Сегодня же переговори с ярами. Завтра жду вас здесь. Ступай.

Яр выметнулся из комнаты, снаружи послышался его топот. А Отис снова склонился над письмом его сына.