Последняя из рода Мун: Семь свистунов. Неистовый гон

Рядом со стулом на коленях стояла девушка, она держала молодого человека за руку, с явной тревогой вглядываясь в его лицо.

Глава вторая,

в которой Элейн начинает действовать

В комнате с большим камином, ссутулившись, на стуле сидел молодой человек. Над ним, сложив руки в молитвенном жесте, склонился мужчина. Рядом со стулом на коленях стояла девушка, она держала молодого человека за руку, с явной тревогой вглядываясь в его лицо.

Элейн какое-то время рассматривала картинку, чтобы понять, что это значило: молодого человека она посчитала тем самым карнаби, и, судя по обеспокоенности близких, ему было плохо – подушка под спиной однозначно указывала на его немощность.

А что же она? Была ли она на картинке? Или это ее стараниями бессердечный палач лишился сил?

Элейн прислушалась к себе: жажда мести боролась с неприятием жестокости. Но могла ли она просто взять и отпустить того, кто убил всю ее семью?

Она решительно сжала зубы и еще раз посмотрела на изображение. Вот что ждало человека, на чьих руках была кровь ее семьи: смерть, когда кажется, что впереди целая жизнь.

Карты всегда указывали Элейн путь, и сейчас это был путь возмездия.

Она закусила губу, думая, с чего начать. Выбрать оружие? Способ убийства? По ее телу прошла волна дрожи: неужели она действительно посмеет? Неужели сделает?

Пытаться убить опытного воина в бою глупо. Элейн и нож-то в руки почти не брала, что уж говорить об оружии. Значит, действовать следовало хитрее.

И тут она вспомнила, как в прошлом году у соседей умер конюх, случайно выпив настой от крыс.

Искал в кладовке припрятанную им же бутылку горячительного, но перепутал похожие сосуды и хлебнул яд.

Что ж, такой способ избавлял от необходимости видеть жертву в момент смерти, а значит, не требовал того убийственного хладнокровия, которым не обладала Элейн. Она отправилась к экономке, чтобы узнать, чем в доме уничтожали грызунов.

– Та каждый месяц отвар пижмы делаю. Уходит, не напасешься, – посетовала экономка.

– Дай мне одну бутылку, а?

– Ну ты сдурела! Я ж тебе говорю, осталось малек.

У меня и пижмы самой почти нет, новая еще не скоро пойдет, а насушенная уж почти вся того.

Но Элейн не сдавалась и все же получила маленький пузырек отвара.

– Шось ты с этой каплей делать будешь… – Экономка сопроводила свои слова скептическим фырканьем.

«Лучше тебе не знать», – подумала Элейн. Следом она отправилась к реке: нужно было выяснить, как зовут мужчину и где его найти.