Неправильный оборотень

Итого восемь раз за день! А зверем один раз до полутора часов продержался! Один раз час с минутками пробыл, а после уже меньше – по полчаса, по четверти часа. Последний раз минут семь выдержал. Может, и ещё бы перекинулся, да уже на ногах еле держался. Видно было, истощился парень, совсем оголодал.

Урус от удивления присвистнул, мать охнула, младшие загомонили, перебивая друг друга.

А я стукнул себя кулаком по голове – только сейчас вспомнил, чему нас учили в лесной школе. Через день после первого перекида проверяется сила молодого оборотня – сколько раз он за день перекинется да сколь долго пробудет в звериной ипостаси.

Луна проходит свою самую активную фазу полнолуния и понемногу начинает терять свою силу воздействия на оборотня. В это самое время и проверяется устойчивость на оборот.

Взглянув на брата, вспомнил – Урус пять раз в своё первое испытание перекинулся, что было выдающимся достижением для молодого оборотня. Если молодой в своё первое испытание два-три раза в день перекинется в зверя – уже считается, что он будет сильным оборотнем.

И, как правило, в первое время дольше получаса в звериной ипостаси за один раз трудно продержаться.

Вспомнилось, ведь тогда ещё разговоры пошли, что это Урус – особенный.

Отец подошёл ко мне и крепко обнял, а я с удивлением разглядел его повлажневшие глаза и даже крохотную слезинку на щеке. Мама, причитая и заламывая руки, кружила вокруг.

Бабка расцвела улыбкой и разве что не приплясывала:

– Ох, Лагорка, да как же ты стерпел-то? Это ж сколько силов-то надо? А мы дивимся, чево ж наш Горка так оголодал? Как копыта-то не откинул? И сам до дому добежал-то! А отощал-то как! За один-единый денёчек… Сколько ж силов-то поклал!

Брат подал голос:

– А что, Лагор, поел… Может, ещё попробуешь перекинуться?

Все замерли, глядя на меня.

Вопросительно посмотрел на вожака. Ррык задумался, посмотрел на меня с сомнением, сказал:

– Можно попробовать… Смотри сам, если сдюжишь. Сильно-то насильничать над собой не нужно.

Заглянул в себя, стоит ли? Вообще-то, голод утолил… Изнутри пришла тёплая умиротворяющая волна согласия.

Семья смотрела с ожиданием, а мне чего-то неловко стало, бурчу:

– Здесь разве?

– На двор идите. Неча тута половики топтать.

Бабка и приласкать может, и на место быстро поставит.

Пошли во двор. Впереди старшие, потом я, Урсуна с Арыской – вот удивительное дело, ведут себя чинно, смиренно топают за мной, только тихо шушукаются.