Бегство

  Тем более, что – то такое он ей внушал, память какую-то пробуждал глубинную – запах степного ветра, синь неба, речной простор.

…

Утро было ясным и радостным, в окно вовсю рвались солнечные зайчики, они прыгали по стене, кровати, щекотали нос и щеки. Катарина забытым уже было, упругим движением вскочила, быстро привела себя в порядок, выпила кофе с круассаном, накрасила глаза. Кто-то заменил у неё внутри тоску на щенячий восторг, ну точно, это проделки лукавой мадам Клико. Она уже было собралась выйти, наверняка её уже ждал Денис, но дверь в палату открылась нараспашку, как будто её толкнули ногой, и на пороге появился небольшой, очень похожий на кучера Золушкиной кареты, которого фея сотворила из крысы, носатый человечек.

Он процокал каблуками модных ботинок по сияющей плитке пола к окну, и Катарине показалось, что между полами его дорогого вальяжного пальто мелькнул длинный, тощий серый хвост.

– Здравствуйте, дорогая. Меня зовут Евгений Исаакович, я юрист вашего супруга. У меня несколько щекотливое дельце, но такова жизнь, такова жизнь.

Евгений Исаакович, очень ловко шуруя когтистыми лапками подвинул столик к кровати, разложил бумаги, вытащил красивую ручку, сверкающую золотыми вставками в чёрном агате, аккуратно уложил диктофон, ноутбук, включил крошечную камеру, короче навёл на Катарину все, что мог навести, уселся худой задницей на стул и уставился прямо в глаза.

– Там заявление о разводе, ваш брачный контракт, договор о вашем пожизненном содержании, договор с клиникой о лечении, перечень собственности, которая перейдёт в ваше вечное владение.

Очень выгодно, милая Катаринушка, все для вас очень выгодно. Не будьте дурой, подпишите. Редкая удача так выйти из этой ситуации.

Катарина перебирала бумаги. Ей было лень читать, лень думать. Она смотрела, как бегают тараканьи глазки юриста, как шевелится его длинный нос и крючатся корявые пальцы на атласных бумажных листах.

Потом взяла ручку и все подписала.

Глава 9. Отьезд

– Здравствуй, Катя.

Я смотрю ты получшала, выглядишь неплохо, даже помолодела. Я рад, я рад… Так что тебе обижаться не на что, я и так сделал для тебя все что мог. Спасибо, что без истерик подписала документы.

Катарина чуть не   поперхнулась ореховой трубочкой, ломкое, хрусткое пирожное сыграло злую шутку, ей пришлось выскочить в ванную и долго приходить в себя, откашливать предательскую крошку, вытирать слезы, надевать спокойную маску на воспаленное от злости лицо.