Лугару

Ты уже живешь здесь, – невесело усмехнулся Кац. – Что бы ты ни делала, куда бы ни совала свой любопытный нос – у тебя есть палка о двух концах. На одном конце – стремление выжить. На другом – твоя смерть. И если ты думаешь, что эта смерть будет легкой, быстрой, красивой и заслуженной, ты глубоко ошибаешься! Все это будет далеко не так.

– А какая смерть была у человека, укушенного волком? – не выдержала она.

– Ужасная! – бросил Борис Рафаилович и, втянув голову в плечи, быстро вошел в здание, давая понять, что разговор окончен.

Зина грустно посмотрела ему вслед.

Кац не сказал ничего существенного, но в то же время сказал многое! Значит, смерть была ужасной. От укуса волка? Или не совсем так?

Глубоко погрузившись в свои мысли, Зина отправилась завершать дежурство и собираться домой.

В коридоре коммуналки было тихо. Бесконечный коридор, который никогда не заканчивался. В детстве ей казалось, что он тянется через весь город. Откуда только взялась эта фантазия? Зина и сама не могла этого понять.

Позже, став взрослой, она осознала, что не так уж далеко ушла от истины. Плотная сеть коммунальных квартир, словно сплошное кольцо, окутывала весь город. И все эти бесконечные коммуналки плавно сливались в одну страшную иллюзию общей жизни, на самом деле вызывавшую просто катастрофические последствия. Потому что человеческая жизнь быть общей не может. Не бывает жизни одной на всех…

Уставшая до потери пульса, еле держась на ногах, Зина вставила ключ в замок и, открыв дверь, погрузилась в эту бесконечность длинного коридора.

Она была настолько измучена, что темнота и расстояние даже подействовали на нее успокаивающе, убивая абсолютно все мысли, даже мысль о еде. Она устала настолько, что ни о чем, абсолютно ни о чем не могла думать. До тошноты. Так бывало достаточно часто, особенно в последнее время.

Стараясь не шуметь, Зина пошла к своей комнате, минуя кухню. Все, чего ей хотелось, это холодной воды и спать. А потому она вздрогнула, как от удара, когда прямо перед ней выросла соседка тетя Валя, как всегда, упиравшаяся руками в свои необъятные бока и заслонявшая весь коридор.

– Зинуля… Ты так не чухай, бо пятки тебе черт зашкваривает… – начала она. – Ты за то послушай, шо я тебе скажу…

– Тетя Валя, я устала очень. Давайте поговорим завтра, – простонала Зина.

– Э, дорогуша, за такое – нет! Не тот фасон. И ты ушами под меня не хлопай. Две минуты за поговорить выдержишь. Тем более, це ж не до меня, а до тебя такой шмарный хмырь приходил.