Искупление рода Лестер

Приведи себя в божеский вид и наведи такой порядок, чтобы я не узнала наш дом!

Когда за ней закрылась дверь, Дженнифер жалобно застонала и упала на диван лицом вниз.

К шести часам вечера дом и впрямь преобразился до неузнаваемости. Чтобы угодить их с Эбигейл матери, Дженнифер до блеска натёрла фамильные ценности из чистого серебра и множество фарфоровых фигурок, стоящих во всех мыслимых и немыслимых местах. Джен никогда не считала это место домом. Здесь было слишком много дорогих вещей, которые отравляли её жизнь в детстве, не позволяя бегать и играть, и слишком мало тепла домашнего очага.

Ей удавалось ощутить его слабое дуновение только когда приезжал дядя Руперт.

«Судя по всему, сегодня дяди не будет», —с горечью думала Дженнифер, застёгивая рубашку. Потому что Эбигейл сказала бы об этом в первую очередь, чтобы «подсластить пилюлю».  Никто в этом мире не мог представить, насколько сильно она не хотела спускаться вниз и разговаривать с родителями. Иногда ей казалось, что она приёмная, но очевидное сходство с двоюродной тётушкой Равенной заставляло её смириться со своей участью…

Внезапно её голову обожгла боль, будто череп разом проткнулинесколько раскалённых прутьев.

Джен зажмурилась и завопила, но крик получился безмолвным. К боли подключилась пульсация, задрожали колени. Стараясь не упасть, она схватилась за комод, попутно сбросив с него салфетку с расчёсками и косметикой. Из глаз брызнули слёзы, но ей казалось, что по щекам течёт раскалённое железо.

Но всё закончилось так же внезапно, как и началось.

Уже спустя мгновение девушка приоткрыла глаза и, тяжело дыша, посмотрела на своё отражение. Вроде бы ничего не изменилось, но присмотревшись, она заметила множество красных точек вокруг глаз, которые становились всё заметнее по мере того, как она бледнела.

Нет смысла просто стоять и пялиться в зеркало, решила Джен, и вышла из комнаты. Странно, что прошло всего несколько минут, а она уже и не помнит, на что была похожа эта боль. Может, это всё из-за стресса, и нет здесь ничего сверхъестественного, но…

Раздавшийся в голове смех заставил её остановиться.

И передумать.

Джен была уверена, что не сошла с ума. Откуда в её голове посторонний смех? Это из-за головной боли? Или всё-таки галлюцинация? Она словно в бреду на нетвёрдых ногах спускалась в столовую, время от времени прислоняясь к стене, чтобы переждать вспыхивающее головокружение. Остановившись у двери, она прислушалась: говорили о ней. Мать с отцом спорили.