Стрингер. Русские forever. Остросюжетная проза

Если она показывала вам кабинет, то вы должны были заметить картины на стенах…

– Да, я видел…

– Когда у Томаса было хорошее настроение, он называл себя «сибиряком» и «казаком»… – грустно сказала она и вдруг вскинулась, в упор посмотрела на частного детектива. – Вы знаете, он ведь никогда не был бабником, – не то удивленно, не то утверждающе проговорила Катя. – А тут как с цепи сорвался… Эта сучка будто околдовала мужика… Я понимаю: молодое мясо и все такое, но он же не дурак и должен был понимать, что ей от него нужно только одно – его деньги!

Куприянов счел за лучшее промолчать.

– Вы, наверное, думаете, что и мне от него нужны были только деньги, но все это, – она обвела рукой квартиру, – у меня было еще до Томаса.

– Понимаю…

– Да ни хрена вы не понимаете, – горько отозвалась Катя. – И ни хрена под носом не видите…

– А почему вы уверены, что Полина в этом замешана? – осторожно спросил Куприянов.

– Потому что больше некому! – воскликнула Катя.

– А вы?

Катя несколько секунд удивленно смотрела на частного детектива а потом расхохоталась.

– Вы с ума сошли! – сквозь смех проговорила она. – Я при разводе получила от Томаса два миллиона, и суд назначил алименты – тристо тысяч в год до тех пор, пока либо я умру, либо Томас… Я, конечно, люблю деньги, но какой мне смысл так рисковать из-за трех миллионов?

Куприянов вынужден был согласиться, что смысла в таком риске в самом деле не много.

– И все-таки, как вы познакомились с Полиной? – спросил он.

– Я же сказала – в Одессе. Не уследила за Томасом, проглядела симптомы, – с искренней горечью сказала Катя. – А через месяц после нашего возвращения из России, Томас сказал, что хочет развестись со мной, – закуривая сигарету, проговорила Катя и пожала плечами. – Так вот всё и получилось… Сами знаете, как это бывает… Адвокаты, суд.