Русалочья заводь

Но когда я покидала кабинет, заметила его пытливый взгляд, брошенный мне вслед. Вот же дернул меня черт за язык про ту историю вспомнить!

Надежда шла рядом со мной и недовольно бурчала.

– Нет, ты посмотри, какой деловой, а! Мы с ним по-дружески, можно сказать, всю подноготную… Да что там подноготную, можно сказать, душу всю открыли! А он, документы у него, работы, вишь ты, много!

Я усмехнулась.

– Ну ты, Надежда, даешь! Эк, хватила! Какую такую ты ему душу открыла? А то, что рассказали, что видели, так это наш гражданский долг помочь следствию.

От моих слов она как-то скисла.

– Слышь, Варюха, может, пойдем, граммов по пятьдесят? Ну, за это, как его… Во, за дачу показаний, а?

Я хмуро посмотрела на нее.

– Сама не буду и тебе не советую! Завязывай ты с этим делом. А то, знаешь, говорят, женский алкоголизм он хуже, чем у мужиков. Не хватало мне тебя еще от зеленого змия спасать! Да и домой мне надо. На той неделе на работу выхожу. Пока время есть, деду по хозяйству помочь надо бы.

А у тебя вон клиенты уже под дверями топчутся. Так что, давай, вперед. К трудовым подвигам. Увидимся!

И я махнула ей рукой на прощание и поспешила в сторону дома, стараясь не замечать горького разочарования на ее лице.

Я так глубоко задумалась, что сгоревший дом проскочила как-то незаметно. Даже устойчивый горький запах гари не заставил меня отвлечься от своих дум. Я недоумевала. В голове был какой-то вихрь или, скорее, это было похоже на детскую карусель, такую, с разноцветными лошадками.

Образы крутились в голове, никак не желая сойтись в одну понятную мне картину. Каким-то шестым, а может, и седьмым чувством, я ощущала, что все это как-то между собой связано. Только вот как, в ум не шло. И я тут вспомнила, что мне в детстве говорила моя бабушка: «Не можешь найти решение, не торопись. Остановись. Присядь. Отдохни. Оглядись как следует. Глядишь, оно само и придет». Я решительно тряхнула головой. Надо пока все это отпустить. Дел и так хватает. Вон у меня скоро работа начнется. Да и не обманула я Надьку. Деду надо помочь, пока есть время.

К дому я подходила, уже почти успокоившись. Нет, мысли-то все еще пробегали туда-сюда время от времени. Но я поздравила себя с тем, что уже могла ими управлять.

Посередине дорожки, ведущей от калитки к дому, разлегся Жулька. Завидев меня, он только приподнял голову и вяло вильнул хвостом. От мастерской деда не доносилось ни звука. Значит, он должен быть в доме.