Игра на выбывание

А учитывая, что смерть в игре – штука болезненная, вскоре высовываться желающих и не осталось!

–А сейчас они ему значит, претензии выскакивают? – кивнул я, наблюдая, как наскакивает на здоровяка, что-то выговаривая, маленькая блондинка, размахивая кулачками. Рядом возбуждённо тряс головой субтильный юноша, то и дело, поправляя сползающие на нос очки. – А они не боятся, что он им и тут шеи посворачивает?

– Неа. Не боятся. Тут до тебя двое попробовали сцепиться. Так оба на пол, корчась, и рухнули! – злорадно хмыкнула Инга.

 – Походу здесь друг на друга нападать нельзя. Я тут давно нахожусь. Сразу как победителем стала, из игры вышла.

– Я бы за тобой вернулся, – решил я уточнить. – Вот только не выжил чутка. Порвали.

В этот момент с тихим мелодичным звоном таймер обнулился и в центре зала, как раз над головами десятки проигравших, появился куратор.

– Ну, вот и закончился первый этап, – вместо приветствия жизнерадостно объявил он нам. – Как видите, ничего сложного нет! – толстяк слащаво улыбнулся и с нажимом добавил: – По крайней мере, пока! – он привычно вытерся всё тем же грязным платком и извлёк свой планшет.

 – Но прежде чем двигаться дальше, – продолжил он, – давайте сначала избавимся от хвоста, что мешает нашему поступательному движению, – куратор послюнявил палец и начал им усердно тыкать в экран. – Итак. Из дальнейшей борьбы выбывают следующие номера! – торжественно провозгласил он: – Пятый, двадцать седьмой, сорок третий, пятьдесят третий, пятидесятый четвёртый, семидесятый, семьдесят третий, восемьдесят второй, восемьдесят девятый, девяносто пятый.

– Слышь, куратор, – вперёд выступил один из десяти проигравших, бледный высокий юноша, в шикарной кожаной куртке. – Может, договоримся? Деньги – всегда деньги. А мой папа чел не бедный.

– Да я бы всей душой, голуба моя! – скорчил сочувственную рожу клоун. – Да надо мной хозяева стоят. А им твои деньги – ничто, пыль. По сравнению с ними твой папаша даже не нищий. Это как-то по-другому называется!

– Отпустите меня, пожалуйста! – зарыдала женщина лет тридцати, размазывая тушь по щекам.

 – Я не хочу умирать!

– Об этом надо было раньше думать, – насупился куратор. – Когда в капсулу ложиться не стала. Вошла бы в игру, отсиделась в безопасном месте и сейчас рядом с ними бы стояла, – кивнул он в нашу сторону, – а не тут.

– Я просто не успела! – женщина, упав на колени, обхватила руками голову и зарыдала ещё безутешнее.