Поступь империи: Поступь империи. Право выбора. Мы поднимем выше стяги!

Наследник престола Российского царевич Алексей, – улыбнулся я ему, глядя, как брови поручика медленно поднимаются вверх…

* * *

Конец апреля 1707 года от Р. Х.

Москва

Алексей Петрович

– За проверку не волнуйся, Артур, – в очередной раз сказал я сидящему напротив меня барону. – Лучше расскажите мне, друзья, как там идут дела с поиском нужного нам места?

– Вот так всегда, – вздохнул барон.

– Давай рассказывай, барон. Интересно же, – вставил свое слово поручик Преображенского полка, ставший моим постоянным гостем и хорошим собеседником, не лишенным ума.

Именно из-за этого качества я не позволил ему покинуть мое жилище и теперь все чаще и чаще видел перед собой не пару доверенных лиц, а троих, с весельем смотрящих вокруг себя.

– Этот вопрос не ко мне, им Сашка занимался, – передал барон инициативу Александру, усаживаясь удобнее в кресло и взяв со стола небольшую кружку со сбитнем. Этот русский народный напиток с успехом заменил нам на наших небольших посиделках вино и пиво.

Впрочем, наши посиделки несколько раз разбавлялись и приглашенными «со стороны» знакомыми барона и помещика Баскакова, причем выбор падал на тех людей, которые были не склонны к подхалимажу.

И, надо заметить, данный подход был правильным и, главное, именно таким, который требовался мне. Нельзя сказать, что все приходящие на наши питейные вечера были толковыми и нужными людьми, большая часть приходящих быстро выбраковывалась, но все же…

Нет, я не проводил никаких психологических тестов и прочей зауми – ни в коем случае! Я просто решал для себя, нравится мне этот человек или нет, после чего шла беседа на самые разнообразные темы, вплоть до ведения хозяйства, в ходе которых выяснялось, понимал ли оный собеседник, о чем говорит.

После этих двух этапов следовал следующий, который, к моему сожалению, прошли всего трое, причем двое из них не до конца.

В чем же заключался этот последний этап проверки на годность для меня? Все очень просто: человек приглашался на беседу в кругу тех лиц, которые уже состояли при мне в качестве ближайших соратников и к мнению которых можно порой прислушаться.

Так уж получилось, что мое ранение вызвало несколько событий, окончательно расставив на свои места приоритеты моих будущих соратников.

Как только мы вместе с Кузьмой зашли во дворец и поднялись на второй этаж дожидаться лекаря, срочно вызванного Никифором, в двери дворца ввалился барон Либерас, требуя у слуг сказать, здесь ли его высочество.