Гангстерская реинкарнация

– Там мыть нечего, – произнес Жан, глядя в карты.

Сеон лег на кровать и посмотрел в окно, а потом перевернулся на бок. Теплый душ и полный желудок сделали свое дело – сначала глаза начали закрываться, а потом он и вовсе заснул под разговоры своих опекунов.

– Все, я выиграл, – сказал Жан, выложив на стол четыре туза.

– Я знал, что так будет, – сказал Тобиас и снова принялся перетасовывать колоду.

– Уснул? – удивился Оскар, посмотрев на Сеона.

– Поел, помылся и уснул, – сказал Жан.

– А мне нравится, когда он спит, – сказал Тобиас, продолжая мешать карты.

– Он спящим всем нравится, – добавил Жан.

– Хороший парень, я бы его даже официально усыновил, – продолжил Тобиас.

– Только у тебя с ним разница в возрасте – двенадцать лет, тебе это не позволят сделать, – напомнил Жан.

– Но можно сделать фальшивый паспорт с другим годом рождения, – намекнул Оскар.

– Немного постареть, – добавил Тобиас. – А с внешностью что делать?

– Седину подрисуем, – предложил Жан.

Конечно, они шутили, продолжая играть под тихий сап Сеона. Их разговоры стали заметно тише, никто не хотел, чтобы он проснулся. Во второй партии выиграл Тобиас, в третьей – тоже, а потом наступило пять часов, и бар должен был открыться. Дробь в это время еще спал, Тобиас накрыл его пледом и ушел вместе с остальными.

Жан вошел в заведение первым, и его взгляд тут же наткнулся на пианино, которое стояло в углу. Тобиас заметил его недовольное выражение лица и улыбнулся, только Аллуо не понял почему.

Посетителей было мало, пахло чем-то цитрусовым, вместо стульев у столов стояли лавки, а на люстрах можно было невооруженным глазом разглядеть слой пыли. Они разместились у барной стойки, Тобиас тут же выбрал, что будет пить, а Оскар с осторожностью забрался на стул.

– Боишься после того случая? – спросил Жан.

– Не напоминай, – попросил Оскар.

На этот раз стул под ним не сломался, и Оскар смог спокойно выдохнуть. Аллуо же молча отправился на кухню, не желая напиваться на голодный желудок.

Когда он вернулся с небольшим подносом, на котором разместились две тарелки с сырной и мясной нарезкой, Тобиас уже заказал ему виски.

– Еще один спецзаказ? – спросил у него Жан, который знал, как он общался с поварами.

– Конечно, – ответил Аллуо.

– Надеюсь, повар жив? – спросил Оскар.

– Да, этот оказался очень сообразительным, – сказал Аллуо и отправил в рот кусок сыра.