Паутина миров. Славия. Книга 2. Месть

– Альфа, ты куда? – удивленно окрикнула меня Дара, – там только старый вожак.

– Что с ним? – спросил я, отодвигая ветви и глядя на лютоволка. То, что ему было нехорошо – понятно и без слов. Крепкий зверь с жуткой мускулатурой и гримасой боли на морде сжался в клубок. Но ни ран, ни ссадин я не заметил.

– Старость, – спокойно ответила волчица, – некоторые слабеют. Другие дичают. А третьи – кто знает. Их будто грызет что-то изнутри. Они страдают от боли и, сколько бы сил мы нм прикладывали, умирают. Так что стая больше и не пытается…

Дальше я ее уже и не слушал.

На свете было великое множество болезней. В том числе и таких, когда организм начинал пожирать сам себя. На курсе магии Жизни мы касались их только вскользь, ведь магам они не грозили. А вот увлекшись изучением аспекта Изменения, я прочел достаточно, болезни были побочным эффектом от неудачного перекраивания Источника морфизмом.

Побочные эффекты могли быть самыми разными. Язвы внутри и снаружи. Образование гнойников. Постоянная боль в мышцах и даже костях.

Тысячи болезней, которые не передавались от вида к виду, но в полной форме проявлялись у морфов. Зачастую в них было только две общих черты: чем выше выносливость, тем больше шанс, что они обойдут тебя стороной. А уж если тебя поразил один из недугов, тогда оставалось только одно – Очищение крови.

Положив ладонь на бок волка, от чего он сдавленно зарычал, я активировал узор на ладони, собрав воедино символы. Кровь, Изменение, на другого, максимальная сила, активировать. Свет прошел по моим венам, проникая в сосуды и капилляры, а затем перешел на тело выродившегося волколака.

От моей ладони он пробежал к сердцу, а потом и по всему телу, затухая.

Прошло несколько секунд, дыхание волка выровнялось. Но зверь все еще лежал, вероятно, не веря в происходящее. И тогда я сложил вторую форму. Жизнь, на другого, Изменение, сила. Мышцы свело, когда по ним перетек импульс. А в следующее мгновение саблезубый волк взвизгнул, как щенок, которому дали пинка, сжался всем телом.

И со всех сторон послышалось злобное рычание. Сородичи явно не оценили моих попыток.

Зато их оценил старый вожак. Зверь поднялся, покачиваясь. Сделал несколько шагов, недоуменно посмотрел на меня, на остальных, на свою стаю. Он не верил в происходящее, и я его прекрасно понимал. Но времени опомниться давать не собирался. Из сумки был извлечен ломоть мяса, который я протянул волку. Тот принюхался, рыкнул, а затем, головой оттолкнув угощение, уперся мне лбом в живот.