Универсал

Буквально за секунду натянул его на себя, затягивая все ремни, кроме поясного. Затем обнял Максима, повернув его к себе лицом.

– Держись за меня руками и ногами, понял? – мальчик все понял. Он крепко обхватил Романа за шею и почувствовал, как тот привязывает его к себе поясным ремнем. Самолет начал крениться. Сергей, ругавшийся, когда погас свет, молча тянул ручку руля. – Серега, дотянем до земли?

– Да, готовьтесь на выход, я катапультируюсь, когда отведу самолет. – Роман подергал ремни парашюта, потянулся к двери, но в последнее мгновение повернулся обратно.

– Чуть кейс не забыл, – схватил маленький рюкзачок, одним движением выкинул из него половину вещей. Затем надел на себя рюкзак спереди так, что он придавил Максима к охраннику. – Серега?! Постарайся выжить!

Роман дернул аварийный рычаг двери и выпнул ее наружу. Яростные потоки воздуха ворвались в самолет, и Максим мгновенно продрог до костей. Сквозь шум ветра он расслышал, что мужчина пытается сказать ему что-то одобрительное, но разобрать слов не смог.

Роман впрыгнул. Максима сдавило так, что он не мог дышать бы даже при всем желании. Затем мужчина крепче его обнял, дернул ручку парашюта, и мальчик потерял сознание.

Глава 2. Поход

Огромная толпа догоняла его в коридоре быстро сужающихся улиц. Каждая дверь таила в себе сотни тянущихся рук. Бег, только бег, спасение в скорости. Он вырвался вперед, несся быстрее ветра, и вот за очередным поворотом его ждало спасение. Высокая человеческая фигура, поглощающая людскую толпу, внушала спокойствие и излучала силу.

Максим чихнул и проснулся. Чернота ночи прорывалась красным светом костра. Холодный соленый ветер щипал нос и щеки. Мальчик повернулся на другой бок, и яркий огонь показался ему вселенским пожаром. Так близко лежал мальчик к костру. По ту сторону от огня, спиной к свету, сидел Роман. Его затылок с короткими черными волосами мальчик узнал сразу. У телохранителя было что-то в руках, какая то палка, конец которой терялся в темноте.

Мальчик, подумавший уже окликнуть Романа, засмотрелся на огонь.

Языки костра сплетались в фигуры, скачущие в диковинном танце, а после разлетались крохотными огоньками искр. Если бы эти пламенные фигуры были во сне, может, просыпаться и не пришлось бы. Мальчик вглядывался в успокаивающие, не повторяющиеся узоры, и задремал было снова.

– Есть! – Роман радостно вскрикнул и дернул палку, высоко подняв ее конец. Из темноты вынырнула огромная рыбина и взмыла в воздух.