Грешница, путь во тьму

Но хотелось спрятаться под кроватью, как маленькой девочке. Или же под одеялом. А потом, чтобы пришла мама и утешила тёплой рукой, поглаживая по волосам. Утешила ласковым голосом и колыбельной.

Но она не позволяла себе ничего из этого. Не желала показывать своей слабости из-за уязвимой гордости. Чувствовала унижение и из-за него хотелось плакать.

Не сделала ни шага к лестнице. Не отвела взгляда от лица мужчины, усеянного морщинами и складками.

И это взбесило его ещё больше. Он глухо зарычал, этот звук зародился где-то в его груди.

Его глаза вспыхнули неподдельной яростью. Видел на молодом, красивом лице упрямство и вспоминал о своем ничтожестве. Хотел сломать девушку, превратить её во что-то трусливое и жалкое. Ему казалось, что тогда он будет уверен – он полон силы. Он не жалкий старик, единственная ценность которого – деньги.

Эдита своей молодостью, красотой, умом и упорством будто кидала в него упрек. Упрек за старость, уродство, необразованность и скудность нрава.

Он вытянул руку вперед и схватил девушку за волосы на затылке.

Сжал их в кулак, оттягивая. Эдита заскрипела зубами, зажмурив глаза из-за болезненных слез, не желая их демонстрировать.

Толкнул девушка. В руке осталась небольшая прядь темных волос. Девушка упала на колени, опершись ладонями в пол. Прическа растрепалась, волны волос падали на лицо. Ладони и колени обожгла боль.

Она подняла взгляд на мужчину, что стоял над ней.

В её глазах было что-то дикое, будто она животное, ещё слабое, но упорно демонстрирующее небольшие клыки, когда охотник загнал его в ловушку.

В её глазах была стойкость, не желание сдаваться. Презрение и гордость.

Иоханна обжог этот взгляд.

Он вновь схватил девушку за волосы и едва не тащил её за собой, поднимаясь на второй этаж, в её комнату. Она дергалась, царапала ногтями его руку. Шипела и рычала, оббивала колени об ступеньки.

Пыталась вырваться, но мужчина был сильнее.

Он втолкнул девушку в её комнату и громко захлопнул дверь. Схватил её за плечи, поднимая с пола.

Эдита пыталась его пнуть, укусить и поцарапать. И это злило его ещё больше, а ещё почему-то возбуждало и будоражило.

Ему доставляло какое-то удовольствие, что она слабее, что она ничего не может противопоставить ему. Ему хотелось закричать в её лицо: «Видишь!? Я сильнее, ты зависишь от меня! Не смей меня презирать!».

Иоханн зарычал и бросил её на кровать. Девушка коротко вскрикнула, ударившись головой об дерево изголовья.