Копенгагенский разгром. Приключения графа Воленского

Мадемуазель де Понсе, не стесняясь моего присутствия, крикнула:

– Да.

Беззвучно вошла Николь и остановилась, потупив взор.

– Что случилось? – спросила Элен.

– Там пришел полицейский, – ответила горничная.

– Полицейский? – удивилась мадемуазель де Понсе.

А я уже прыгнул с постели и принялся оправлять свою одежду, не обращая внимания на женщин. Добродетель-то они обе сдали, словно лондонскую квартиру.

– Полицейский сказал, что разбойников поймали, – сообщила Николь.

– Поймали?! – обрадовался я.

– Да, – подтвердила девушка и добавила: – Но еще он сказал, что вашего друга убили не они.

– Николь! Перестань чесать языком! – одернула горничную Элен.

– Простите. Я просто подумала, что его сиятельству не терпится узнать новости, – пролепетала девушка.

Глава 4

В гостиной я застал графа Воронцова, Николая Николаевича и мистера Салливана. Семен Романович и Новосильцев выглядели несколько смущенными, а полицейский – негодующим. Вздувшиеся багровые прожилки придавали его физиономии вид садовой грядки с раздавленной клубникой.

Он с ожесточением теребил свои бакенбарды и с плохо скрываемым раздражением смотрел на хозяина дома.

При моем появлении инспектор Салливан оживился, явно рассчитывая обрести в моем лице сторонника. Но последовавший далее разговор составил впечатление беседы сумасшедшего с душевнобольным.

– Добрый вечер, мистер Воленский, сэр! – воскликнул полицейский.

– Здравствуйте, инспектор, – ответил я.

– Хорошо, сэр! Мы поймали разбойников! – с воодушевлением сообщил он.

– Похвально, – сказал я. – Но что это за разбойники?

– Хорошо. Это те самые разбойники, что напали на вас в лесу, – уточнил инспектор. – Будьте спокойны, сэр, негодяев ждет виселица!

– Однако до меня дошли разговоры, что к убийству Артемия Феклистова они отношения не имеют, – сказал я.

Салливан развел руками и цокнул языком, словно раздосадованный тем, что кто-то расстроил меня пустячными разговорами. Он прошерстил пальцами бакенбарды и признал:

– Хорошо, сэр.

Оно действительно так. Вашего друга кто-то еще укокошил. Но разбойников-то мы поймали!

– Мистер Салливан, – строгим голосом произнес граф Воронцов, – что нам с пойманных разбойников, если убийца гуляет на свободе?!

– Хорошо, сэр! Это вы верно подметили! – согласился инспектор. – Убийца гуляет на свободе! Но разбойников-то мы поймали!

– Помилуйте, мистер Салливан! – подключился к разговору Николай Николаевич.