Девочка для бандита

Я положила руку на грудь, с ужасом понимания, что не могу нормально дышать.

Со мной никогда не происходило подобного. Да, я не любила самолеты, больше предпочитая поезда, но всегда переносила полеты нормально. Что случилось на этот раз, для меня было загадкой.

Я сделала пару шагов, а затем упала на колени. Теперь дрожали не только руки, а все тело.

– Отошли! Я сам, – до меня донесся грозный голос Шервуда.

Мужчина оказался рядом со мной. Он дотронулся до моих щек, а потом до глаз, чтобы проверить зрачки.

У меня уже заложило уши, я с трудом понимала, что происходит вокруг.

– Ана! – голос Аэрона зазвучал слишком громко. Я закрыла пальцами уши, а потом сами по себе прикрылись глаза, – Ана…

У меня было так мало сил, что, когда Шервуд подхватил меня на руки и куда-то понес, я даже не стала удивляться.

Кажется, я была в полуобморочном состоянии. С большим трудом, но я все-таки прибывала в сознании. Отрывки фраз и расплывчатые картинки до меня доходили.

Я почувствовала, как меня опустили на какую-то поверхность, а затем положили под голову подушку.

– Босс?

– Не сметь подниматься в небо, пока ей не станет легче! – рявкнул Шервуд.

* * *

Через полтора часа воздушное судно поднялось в небо. Аэрон расположился в кожаном кресле с ноутбуком. Напротив него, накрытая одеялом, лежала девушка, чья кожа была практически в один тон с цветом ее волос.

Аэрон иногда поглядывал на нее, чтобы убедиться, что все хорошо. Каждый раз, поднимая голову, мужчина хмурился и одергивал себя, но через несколько минут повторял это действие заново.

Раздалось деликатное покашливание. Шервуд повернулся, а затем прищурился. Он не ожидал увидеть этого человека.

– Что ты здесь делаешь? – резко спросил Аэрон.

– Хочу тоже присутствовать при казни Бельского, – самодовольно улыбнулся Томас.

Шервуд бросил взгляд на спящую девушку, что не укрылось от его собеседника.

– Или ты передумал? – вкрадчиво спросил Томас.

Мужчина встал и вплотную подошел к нему.

– Никогда. Очень скоро Бельский ответит за все, – выговаривая каждое слово, произнес Аэрон.

– Тогда зачем ты так носишься с ней?

На лице Шервуда заиграли желваки. Руки сжались в кулаки. Любого другого он бы уже снес с ног, но уважение к старшим в их семье было заложено с раннего детства.