Дом, где тысячи дверей

Чтобы увидеть именно то, чего и ожидала –  зонты, аккуратно развешанные в ряд плащи и обувную полку, на которой ровными рядами были расставлены многочисленные женские туфли. Некоторые даже на каблуке –  похоже, бабуля была молода душой. Я покосилась на несколько пар разнообразных тапок –  от пушистых и теплых до резиновых –  но решила пока остаться в кроссовках.

В общем-то, прихожая как прихожая, довольно просторная. Я бы предпочла, конечно, интерьер посовременнее, со шкафами-купе и всем таким, но дареному… то есть не дареному, но неважно.

В общем, не надо внезапному халявному коню в неожиданные места заглядывать. Это в любом случае куда как шикарнее общаги. Там у нас прихожей и вовсе нет, да и комната на троих. Размером чуть больше этой вот прихожей. Кстати, можно будет девчонок позвать пожить у меня, пока дом не купят… впрочем, пока рано об этом думать.

Итак, что у нас тут… Из прихожей ведут три двери, помимо входной. Наверх вьется винтовая лестница. Мда… не люблю я винтовых лестниц, надо будет поискать, вроде бы здесь и нормальные где-то были.

Но это потом.

Выкапывать из сумки план дома было лень. Насколько помню, прямо должен быть коридор в комнаты первого этажа, а здесь… вроде бы кладовка и кухня. Ну что ж, будем осматривать все по очереди. Вот эта невзрачная дверь –  наверное, в кладовку.

Вот всегда мне нравилось это слово –  “кладовка”. Куда лучше претенциозного и одновременно не оставляющего простора воображению “гардеробная”. “Кладовка” –  сродни “кладу”, и это ведь не случайно! Никогда не знаешь, что там можно найти –  от старых лыж до бесценной коллекции марок.

Я потянула на себя дверь, усмехаясь своим мыслям о кладе, и по инерции сделала полшага вперед –  чтобы тут же отшатнуться. Вода, которой меня окатило, была ледяной.

С минуту, наверное, я стояла, тупо глядя перед собой. Потому что передо мной была… вода. Просто вода, от пола до потолка. Впрочем, насколько можно было видеть сквозь ее толщу, ни пола, ни потолка там просто не было.

Было морское дно. С кораллами, подводными растениями и всем прочим, что полагается. И полусгнившими обломками деревянного корабля. Я ошалело проследила глазами за косячком золотистых рыбок, проплывающих мимо, и потрогала воду. Вода была… мокрой. И холодной.

На линии, обозначенной дверным проемом, она заканчивалась, будто обрезанная. Как если бы я стояла перед огромным аквариумом –  вот только стекла там не было.