Наследники Белого слона

Мне очень жаль, поверьте… – так сказал он, а на тумбочке опять откуда-то появились синие розы.

***

Вернувшись тогда из клиники домой, я обнаружила очередной сюрприз. На диване перед телеком, хрустя какой-то дрянью, сидели Дрипс и… крохотная, как он, пухлая особа: ковбойская шляпа на рыжих локонах, засаленный джинсовый сарафанчик, клетчатая блуза, а поверх джинсы – потёртый кожаный фартук.

– Это Дрипзетта, – сияя, сообщил он. – Я выписал её с одной фермы наложенным платежом. Счет у телефона. Красивая, да?.

Я приуныла: до сих пор-то была надежда, что мой квартирант – плод моего больного воображения, но теперь…

– Я женился! – застенчиво пояснил Дрипс, и его задриппа снисходительно улыбнулась мне.

После этого я окончательно расстроилась, представив себе своё обиталище, кишащее рыжими дрипсиками, жующими всё подряд, – было от чего окончательно спятить! Но, прочтя мои мысли, Дрипс поспешил утешить:

– Мы обычно подбрасываем яйца в чужие дома!

Ах, яйца!.

***

Буквально на следующий же день я спешно собрала вещи, запихнула дрипсов в карман, и съехала. Я подыскала себе довольно приличную квартирку на противоположном конце города, но Дрипс сказал:

– Она тебя все равно достанет, если захочет. Тем более, что у неё твои волосы…

Успокоил!..

Б.Б. не дал мне отпуск, так как у компании возникли серьёзные затруднения, но разрешил работать из дома: я не могла позволить себе новую машину, со страховкой тоже возникли какие-то непредвиденные трудности, а все сбережения уходили на лечение ; добираться же полтора часа на метро да ещё на костылях… Но, слава богу, он не выкинул меня на улицу.

Курьер привез кипу деловых бумаг из офиса, и я сидела перед монитором, путаясь в цифрах, и забывая самые элементарные вещи, и понимала, что тону… К этому прибавились дикие головные боли и навязчивый страх: я боялась, что однажды в мою дверь постучат и… И что тогда? Снова бежать?.

– Эта мымра стучаться не станет, – заметил как-то Дрипс, лёжа вниз животом у меня на голове, и водя ладошками по виску, – от его прикосновений боль отступала.

Ко всему прибавилась и боязнь потерять работу. Дела компании шли из рук вон плохо.

***

– Навязчивые идеи, галлюцинации на фоне житейских затруднений… – заявил мне мой психоаналитик.