Коснуться мира твоего

Еще один поинтересовался:

– И что с ней делать?

– А что делать? – ответил ему кто-то. – Она же крысоедка! Уверен, женщина окажется посговорчивее… женщин мы еще не допрашивали. Слово за тобой, Тара.

Они говорят о пытках. Я старалась не выдавать даже взглядом, как меня страшит… нет, даже не боль, а то, что я могу не выдержать. Теперь население в десять тысяч не казалось такой уж хорошей цифрой. Если они узнают, что нас так мало, то могут организовать нападение сразу на все входы – и пусть они понесут большие потери, но кому-то удастся пробиться внутрь.

Они этого не делают только потому, что просто не знают, как нас мало. На этот раз снова заговорила женщина:

– Пусть она и крысоедка… Но ведь она может рожать детей. По-моему, это важнее, чем узнать, где у них располагаются системы подачи воздуха и сколько их там.

Многие тут же и как-то слишком легко согласились с этим решением. Я смотрела на них так же пристально, как они на меня, слушая, как решается моя судьба.

– Верно, Тара.

Беременная девчонка – это лучший подарок Городу, который мы можем привезти. Кто ее возьмет?

Беременная? Я мгновенно забыла о Закари и пытках, потому что боялась даже мысленно повторить это слово.

– Да кто-нибудь уж точно возьмет, – ответил ему со смехом один из тех, что захватили меня.

Под взрывы довольного хохота я упала снова на колени. Я не могла думать о том, что только что услышала – они хотят… Они хотят делать «это» со мной, все по очереди? Десять… нет, одиннадцать взрослых мужчин спокойно обсуждают то, за что у нас в центральном зале прилюдно кастрируют, и никому из зрителей не пришло бы в голову пожалеть орущую жертву! Голова снова поплыла, а желудок подобрался к горлу от тошноты.

Сейчас уже стало не до гордости… Я была готова плакать, была готова побежать, чтобы получить стрелу в спину. Я была готова просить о том, чтобы они содрали с меня кожу – любая боль лучше, чем то, что они собираются сделать.

– Почему она на ногах не стоит? – строго поинтересовалась женщина, а ей ответили:

– Прости, командир, я же не знал, что это девушка! Может, и шмякнул где-то по глупости.

Слезы сами потекли по щекам, хоть я и не хотела их радовать своей слабостью. Губы разомкнулись и начали бормотать. Они притихли, будто вслушиваясь в мои мольбы: «Мне не нужен следующий день, Отец!».

– С кем ты разговариваешь? – один из мужчин подошел ближе, а я дернулась от него, и уже непроизвольно закричала:

– Убейте меня.