Тополь

Вполне возможно, «сочувствующие» соседи довели его до того, что он считал себя причиной ее смерти, ведь люди Кимра редко упускают случай протянуть несчастному камень вместо хлеба. Если принимать повествование трактирщика за чистую монету, кузнец был виновен в кончине супруги куда как менее крестьянина, но для сорняков клеветы почва всегда благодатна, а, значит, мнимая вина легко становится виной несомненной. Я размышлял об их детях: о суровой опеке над Майди, зажатой под железной пятой отца, и об отсутствии всякой опеки над Аифом и Айлир, блуждающими между безразличными наглухо запертыми сердцами.

Я размышлял о них самих, и мне казалось, что озлобленного, но крепкого духом Амифона, продолжающего держать в узде хозяйство, и отчаявшегося нищего Эйнина роднило не просто схожее горе, но страх и пустота, вырывавшиеся из него гадким стеблем. Страх и пустота, словно челюсти вечно голодного дворового пса, каждодневно отгладывающие от их жизней по кусочку…

– Проклятье! Травник! – рявкнул вдруг Конан, выдергивая меня из дум.

Бородач держал в руках бархатный кошель.

– Полагаю, что все же лучше было бы вернуть его хозяину, – ответил я, следуя за мыслями харчевника. – Тебе это делать, пожалуй, не стоит, ведь люди наслышаны о твоей дружбе с Эйнином. А вот я напротив личность хоть и подозрительная, но неизвестная. Травник знает Аифа?

– В том-то и штука, что навряд ли. И зачем он его обчистил, ума не приложу?

– В этом случае есть надежда, что он плохо помнит его лицо, – продолжил я.

 – Что ж, я придумаю, как представить дело, не навлекая подозрений на твоего подопечного.

– Постарайся. Ты найдешь его дом на углу Портняжной и Скорняцкой улицы. Осторожнее, чтец: травник этот – та еще шельма.

– Ведающий травами и об отравах проведает.

– Ха! Крепко сказано. Странный ты парень для чтеца, чтец. Почему ты покрываешь вора и даже собираешься лгать ради него? Неужели, действительно, думаешь, что Аиф отплатит сторицей?

– Я проявляю милосердие, Конан, порой оно перевешивает закон и впоследствии способно более окупить себя.

А почему ты веришь, что я тот, кем назвался? Быть может, я на самом деле из Управы, и ночевать тебе доведется уже не в харчевне.

– Не-е-т, – рассмеялся Конан. – На то я и трактирщик, чтоб уметь читать по лицам. С Управой ты явно не в близких, в тебе даже есть что-то… – он на мгновение замешкался – обратное управскому.