Межсезонье (сборник)

В половину человеческого роста, костлявые, сплошь заросшие длинными спутанными волосами. Но точно – разумные: в руках копья, в ножнах на широких кожаных поясах – тесаки.

Первым успел среагировать Семен. То ли сказался опыт, приобретенный во время командировок в горячие точки, то ли всплыли в памяти воспоминания о недолгой службе в Патруле, но опознавший в коротышках снежных людей Лымарь тотчас пальнул из «Сайги». Один из недоростков, крутнувшись на месте, рухнул в снег..

Второй раз, едва увернувшись от промелькнувшего рядом с головой дротика, Лымарь выстрелить не успел: длинная автоматная очередь срезала не успевших разбежаться в разные стороны снежных людей.

Один из карликов еще попытался достать из ножен широкий тесак, но наступивший ему на руку Семен, без затей перехватил волосатую шею ножом.

– Анто-о-он, – в очередной раз размазал снег по лицу бригадира порядком струхнувший Шумов. – Очнись уже, а?..

– Я в порядке. – Василенко с трудом разлепил глаза. – Что это было? Как мешком по голове.

– Врата открылись, тебя выброс зацепил, – объяснил Виктор Петрович.

 – Излишек магического излучения. Надо ноги уносить.

– Нет! – упрямо заявил до крови закусивший губу Василенко. – Будем работать!

– А это еще что за хрень? – Возвращавшийся к коллегам от трупов снежных людей Семен первым заметил идущий от стены дымок. – Петрович, твоя работа?

– В сторону! – Вскочивший на ноги Антон с силой оттолкнул Шумова от блока, трещины которого из блекло-синих вдруг стали ядовито-зелеными.

В тот же миг блок осыпался на снег бесчисленным множеством хрусталиков, и в поверхности ледяной пирамиды образовался заполненный туманом провал.

Загипнотизированный его переливами Виктор Петрович замер на месте и вдруг понял, что молочная пелена приобрела непонятную глубину. Будто и не было вовсе никакого тумана, будто само пространство изогнулось под тяжестью стен пирамиды и выкидывало непонятные штуки со зрением.

Словно со стороны химик почувствовал, как кто-то ухватил его за воротник, не оборачиваясь, отмахнулся и шагнул к провалу.

Туманная дымка раздалась в стороны, но шагнуть в нее химик не успел: подскочивший сбоку Семен ткнул его кулаком в скулу.

– Совсем сбрендил? – Зажимая пальцами рассаженный нос, сплюнул под ноги кровь Василенко, когда Петрович, наконец, очнулся. – Куда ломанулся-то?

– Не помню. – Бородач потер скулу. – Сема, это ты меня так?

– Я?! – прекрасно зная склочный нрав химика, состроил удивленную гримасу Лымарь. – Это Алекс.