Безрассудная Джилл. Несокрушимый Арчи. Любовь со взломом

Дерек Андерхилл считал полезным ставить окружающих на место, и эту сторону его характера доводилось наблюдать многим, но не Джилл. Для нее он неизменно оставался безупречным галантным рыцарем. Может быть, чуточку слишком безупречным и галантным, но она была так влюблена, что не замечала этого. – Пожалуйста, не злись!

Наш язык богаче многих, но почему-то в моменты, когда слова особенно важны, мы часто выбираем неверные. Дерека глубоко покоробило столь легкомысленное определение его олимпийского гнева. Все равно что спросить у Прометея, которому терзают печень, не больно ли ему.

– «Не злись»?!

В окнах такси мелькали уличные фонари, выхватывая из темноты бледное взволнованное личико Джилл.

– Я тебя не понимаю, – вновь заговорил наконец Дерек. Он так до сих пор и не обратился к ней по имени и смотрел прямо перед собой, будто произносил монолог. – Просто не могу понять! После того, что случилось перед обедом, ты отправляешься без меня в ресторан, где половина публики тебя знает, да еще с каким-то…

– Ты не понимаешь!

– Вот именно! Так и говорю: не понимаю! – Довольный удачным ответом, он немного оттаял.

 – Твое поведение непостижимо! Где ты встретила этого типа?

– В театре. Он автор пьесы.

– Тот самый, что заговорил с тобой в антракте, незнакомый?

– Он оказался старым другом, я знала его в детстве.

– Об этом ты мне не сказала.

– Я сама узнала только позже.

– После того как согласилась с ним поужинать? С ума сойти! – прошипел Дерек, вновь остро ощущая гнет сегодняшних неприятностей.

 – Ты представляешь, что подумала моя мать? Она спросила, что за мужчина с тобой, и мне пришлось ответить: «Не знаю». Только представь, что она себе вообразила!

Если что-то и могло в тот момент возродить боевой дух оробевшей Джилл, то разве что упоминание о леди Андерхилл – и чудо свершилось. Глубокая взаимная антипатия возникла между ними с первой минуты встречи, что куда обычнее, чем любовь с первого взгляда, а неудачные обстоятельства помогли ей пустить корни и вырасти.

Теперь уже мать Дерека была не просто неприятна Джилл, а разрушала ее счастье, угрожала любви и вызывала ненависть.

– Если бы твоя мать спросила меня, – с жаром откликнулась она, – я бы ответила, что этот мужчина спас меня от пожара после того, как вы… – Она едва сдержалась, чтобы не наговорить лишнего. – Дело в том, – продолжила она уже спокойнее, – что ты исчез…

– Моя мать уже немолода, – сухо перебил Дерек, – и мне, естественно, пришлось позаботиться о ней.