Что-нибудь эдакое. Положитесь на Псмита. Замок Бландинг

Убедила бы ты волка, когда он гонится за хорошим, откормленным крестьянином? Вот так и тут. Эти деньги мне нужны, и я получу их. С этой минуты я – твоя горничная. Прежнюю можешь на время отпустить.

– Джоан, – сказала Эйлин, – это смешно, какая ты горничная? Слуги сразу тебя разоблачат. У горничных столько всяких дел, столько правил…

– Я их все знаю. Я была горничной.

– Не может быть!

– Была, была. Три года назад, когда совсем сидела на мели. Пошла по объявлению и служила.

– Чего ты только не делала!

– Да, я делала почти все.

Хорошо вам, сытым, можете размышлять над жизнью, а нам приходится работать.

Эйлин засмеялась.

– Знаешь, – сказала она, – ты всегда меня побеждала. Спорить незачем?

– Конечно. Да, запомни, я тебе не Джоан, я Валентайн. Нет, нет. Три года назад меня так называли, но сейчас выберем что-нибудь другое. Тебе ничего не приходит в голову?

Эйлин задумалась:

– Может быть, Симеон?

– Замечательно! Ну, репетируем. Скажи это мягко, но отрешенно, как будто я червь, который тебе скорее нравится.

– Симе-он…

– Неплохо. Еще раз, повысокомерней.

– Симеон… Симеон… Симеон.

– Прекрасно!

– Чему ты смеешься?

– Да так, вспомнила. Наверху живет один человек, я вчера учила его предприимчивости. Интересно, что бы он сказал, если бы увидел, как я осуществляю свои советы на практике?

Глава IV

1

На следующее утро Эш сидел дома и пытливо читал объявления в «Морнинг пост». Привычные филантропы продолжали свое дело. Брайан Макнил приманивал народ золотом, равно как и Энгус Брюс, Данкан Макфэрлан, Уоллес Макинтош и Дональд Макнэб.

Молодой христианин по-прежнему жаждал тысячи. Однако было тут и новое: «Требуется молодой человек приятной наружности, бедный, предприимчивый, смелый. Работа опасная и тонкая. Плата высокая. Обращаться с 10 до 12 в юридическую контору «Мейнпрайс, Мейнпрайс и Бул», Денвер-стрит, 3».

Пока он читал, небольшие часы, стоявшие на столике, пробили 10.30. Вероятно, именно это все и решило.

Если бы он мог пойти туда попозже, барьеры лени преградили бы ему путь; а так – он мигом вскочил.

Обувшись и кинув взгляд в зеркало (да, наружность приятная), он схватил шляпу, выбежал на улицу и схватил такси, ощущая, что готов на все, кроме убийства. Ему всегда нравились книги, где рыцари вскакивают на коня и скачут к дракону. Такси и юристы – практически то же самое. С такими чувствами он и входил в контору.

– Я по объ… – начал он, обращаясь к рассыльному.