Курсант. Назад в СССР 7

– Похоже, что убитый пользовался услугами элитных проституток, – высказала предположение Света.

– С чего вы так решили? – вскинул на нее бровь Горохов.

– Тогда нестыковки, что обнаружил Андрей – сходятся. Никто убитого не пытал. Он развлекался с продажной женщиной. Игры такие у них.

Однако! Честно сказать, не ожидал я такого услышать от Светы. А спокойно как говорит, загляденье.

– Какие такие игры? – Горохов с интересом уставился на Свету. – С пытками?

– Это не пытки, а так называемое сексуальное доминирование.

Сейчас я объясню, чтобы было понятно. Убитому в жизни не хватало некой госпожи. Тогда версия Андрея вполне объяснима. И потом, не просто же так труп абсолютно голый. Явно прослеживается сексуальный подтекст.

– Вы хотите сказать, что проститутка причиняла боль потерпевшему? Но зачем? Он что? Мазохист?

Горохов был здорово сбит с толку.

– Скорее всего, да. Возможно, причина кроется в психической травме, пережитой в детстве. Подчинение, переживание боли, унижения становится единственным понятным способом получения любви и связанного с ней удовольствия.

Светлана так и выдала все это ровным лекторским голосом, но потом всё-таки тихонько выдохнула. Не слишком удобно даме мужчин в таких вот вопросах просвещать, даже если она – эксперт по потёмкам человеческой души.

– Хм-м… – Горохов поскрёб затылок. – Какая неординарная личность этот товарищ Дицони. Значит, ищем проститутку. Найдем ее и закроем дело.

– Я бы не рассчитывал на быстрое раскрытие, – я снова внес свои «три копейки».

 – Сомневаюсь, что проститутка убила артиста.

– Почему? – поморщился Горохов, словно негодуя, что я помешал и забрил его такую правильную следственную версию. А главное – такую короткую в плане сроков ее реализации. Мечта следака, а не версия.

Я вздохнул и стал загибать пальцы.

– Во-первых, проститутка бы не ограничилась кражей одной подвески, а прихватила бы с собой перстни и браслеты тоже. Во-вторых, удар смертельный и нанесен в сердце. Точный. Какова глубина раневого канала? – спросил я судмеда.

– Около двадцати сантиметров. Точнее определим на вскрытии.

– Получается, что удар был довольно сильный. По-мужски твердый?

– Похоже на то, – кивнул профессор.

Казалось, ему нравится наш спор и то, что он в нём участвует.

– Может, эта женщина в прошлом спортсменка, – не унимался Горохов. – некоторые наши олимпийские чемпионки любого мужика за пояс заткнут.

– Ну, на олимпийских чемпионок не будем клеветать.