Элеанора и Парк

Элеанора не употребляла слова «ниггер» даже мысленно. Плохо уже то, что она привыкла (спасибо влиянию Ричи) называть всех кругом мудаками.

В школе было трое-четверо других азиатов. Родственники. Один из них написал эссе о том, что он беженец из Лаоса.

Ну и вот, был мистер Зеленые Глаза. Парень, которому она чуть было не решилась рассказать всю историю своей жизни. Может, по пути домой она поведает ему, что у нее нет телефона, или стиральной машины, или зубной щетки…

Вот насчет щетки… Элеанора подумывала, не поговорить ли об этом со своим куратором.

В первый день в школе миссис Данн усадила Элеанору рядом и произнесла небольшую речь. Общий смысл: Элеанора может рассказывать ей все-все-все. Разглагольствуя, она крепко сжимала самую пухлую часть Элеанориной руки.

Если Элеанора расскажет миссис Данн все-все-все – о Ричи, маме, все, – черт знает что может случиться. Но если сказать о щетке… может, миссис Данн добудет ее? И тогда не придется бегать в ванную после обеда и чистить зубы солью (Элеанора видела такое в каком-то вестерне, но не факт, что это вообще работало).

Прозвенел звонок. 10:12.

Еще два урока перед английским. Она размышляла, заговорит ли он с ней в классе. Может, теперь они разговаривают?

В голове до сих пор звучал голос – не его, а вокалиста из «The Smiths». Даже когда он пел, можно было уловить его акцент. Песня звучала словно молитва:

Я солнце…

И воздух…

Элеанора сперва не обратила внимания, что на физкультуре до нее почти никто не докапывался.

Мысленно она все еще была в автобусе. На физкультуре играли в волейбол, и Тина только раз сказала: «Твоя подача, сучка».

Но это прозвучало почти добродушно.

Войдя в раздевалку, Элеанора поняла, почему Тина вела себя так тихо. Она просто предвкушала. Тина и ее подружки – все были там. И чернокожие девочки тоже – все хотели насладиться зрелищем, ожидая, когда Элеанора подойдет к своему шкафчику.

Он был уклеен прокладками «Kotex». Ушла целая упаковка, пожалуй.

Сперва Элеаноре показалось, что прокладки и впрямь в крови, но они просто были выкрашены красным маркером.

На некоторых – надписи: «овца» и «рыжая жирдяйка». Но «Kotex» – качественные прокладки, так что чернила уже начали впитываться.

Если бы одежда Элеаноры не оставалась в шкафу, если бы на ней был не спортивный костюм, а что-то другое, она бы просто ушла. А так – ей пришлось пройти мимо девчонок, задрав подбородок как можно выше, и методично выкинуть прокладки из шкафчика.