Дыхание сказочного леса

Кинулись на него, повисли, зарыдали.

– Вот! Полюбуйся, что ты наделал, – кивнула на них Марфа. – Мать не жалко, так хоть их бы пожалел.

Тихон молчал, только гладил ребят по головам. Они шмыгали носами, одной рукой слёзы размазывали по щекам, а другой крепко держались за штанины.

– Я же быстро назад обернусь, что вы расквасились. – Тихон присел и сгрёб их всех в охапку, крепко обнял и зажмурился.

Были порывы у Тихона отказаться от своей затеи, остаться в доме, только, чтоб матушка не расстраивалась, не кричала на него.

Червь вины глодал изнутри. Может, зря он задумал это?.. Но вспомнились ему Настасьины глаза, когда услышала она о его нелюбви. Сколько в них горечи плескалось, сколько боли! А всё почему? Потому что матушку слушался, не мог ей перечить. Дурак.

Кое-как Тихон ребятню от себя отлепил, поднялся. Взял мешок со скамьи, положил краюху хлеба да туесок с водой. Избе поклонился, мысленно попросил домового следить за хозяйством, не оставлять без присмотра. Хотел и к матушке подойти, обнять на прощание, но по её сердитому взгляду всё итак было ясно.

Вздохнул Тихон, натянул шапку, да и вышел прочь.

***

Три дня и три ночи в дороге был Тихон. Сколько деревень и сёл он прошёл – не счесть! Сколько полей да лесов увидал, не уставал дивиться, что мир-то на самом деле такой большой. Его скудные припасы давно закончились, а попадавшиеся в пути зайцы да прочие звери такими испуганными глазами на него глядели, что губить было жалко. Всё же живые души. Так что ел коренья да травки, воду из ручьев пил.

Спал мало, урывками, чтоб время на это не тратить да быстрее дойти.

Наконец, на исходе третьего дня добрался он до горы. У подножия её, обессилев, упал на мягкий клевер, закрыл глаза. Теперь надо подняться на самый верх, только чуть дух перевести бы.

Повернулся Тихон набок, попытался на локтях приподняться и увидал рядом с собой ворона, да такого огромного, будто и не птица вовсе. Он глядел пристально, и казалось, в чёрных блестящих глазах отражалась вся вечность.

– Куда путь дер-р-ржишь? – спросил вдруг ворон человеческим голосом.

Тихон тут же поднялся, потряс головой, часто заморгал. Верно, почудилось! Ведь не могло такого быть на самом деле.

Посмотрел он по сторонам, но никого больше не увидел.

– Это я с тобой р-р-разговар-р-риваю, – снова повторил ворон. – Кто ты такой? Откуда пр-р-ришёл?

– Тихон я, – ответил парень. – Пастух из Озерков.

– Зачем пр-р-ришёл?

– Нужно мне колдуна Креслава увидеть.