Пожиратель огня

– Может быть, твои односельчане просто уезжают из Мизра? – предположил хелиф.

– Никак не может быть, владыка владык! Они исчезают по ночам, а все их вещи остаются нетронутыми. А отряд доблестных стражей, что стоял в Мизре, пять дней назад отправился на их поиски, и больше этих смелых воинов никто не видел! – возразил крестьянин.

– С этого и надо было начинать, пустая голова! – рассердился Асаф.

Хелиф повернулся к сидевшему чуть поодаль советнику:

– Фейсал, я был уверен, что мы покончили с разбойниками!

– Так и есть, государь, – поклонился шайх, – Твои воины раз за разом прочесывают пустыню в поисках уцелевших аддитов, но уже много лет восточные пески наслаждаются покоем.

– Никакие это не аддиты, безупречный владыка, – опять завел Мехмет. – Страшный демон объявился в наших краях, и он не успокоится, пока не пожрет все наше селение!

– При чем тут демоны?! – наконец не выдержал Кулл. – Если здесь кто-нибудь и виноват, то проклятые изменники, которым посчастливилось улизнуть после моего возвращения в Хрустальный Город! Ни в одной из Семи Великих Держав или в Малых Княжествах они не могли бы укрыться от моего гнева, вот и бежали сюда, в далекую Муджарию.

Клянусь Валкой, сама судьба привела меня сюда в нужный момент. – Я лично разберусь с твоими демонами, – рявкнул Кулл Мехмету. – Старик, с утра мы отправляемся в Мизр.

– Да и мне надоел Турхунгабад, – решил Асаф. – Кулл, поехали вместе!

– Да воздаст Голгор тебе, владыка владык, благом! – простерся ниц крестьянин.

На миг Куллу показалось, что при этом Мехмет из Мизра довольно улыбнулся.

Но атлант решил, что старик просто обрадовался тому, что Великий Хелиф пообещал селянам свою помощь.

На следующее утро Кулл, Асаф и присоединившийся к ним Брул, воспользовавшийся возможностью улизнуть от своих красавиц, выехали в Мизр. Их сопровождал отряд из двух дюжин сабель, в который отобрали по дюжине особо опытных валузийских и муджарийских ратников.

Двумя днями позже перед ними на фоне пышной зелени пальм, показались серые глиняные строения Мизра.

К удивлению Кулла никто не вышел навстречу их отряду. Не было видно даже детей, которые обычно во всех землях веселой оравой первыми спешат приветствовать путников.

«Может быть, муджарийцы считают неприличным публичное проявление любопытства?» – подумал атлант, который еще до сих пор толком не разобрался во всех странных и порой удивительных обычаях «детей пустыни».