Пожиратель огня

Юноша повернулся к Мехмету:

– Старик, чего же вы ждали! Ах, если бы ты приехал несколькими днями раньше…

Властитель Муджарии выпрямился в седле, погрозив небу стальным клинком:

– Клянусь огненной кровью Голгора, кто бы это ни сделал, человек или демон, он за все ответит сполна! – Глаза молодого хелифа сверкали черным огнем. – И в тот миг, когда я настигну это чудовище, тварь пожалеет, что покинула пределы преисподней!

– Осмотреть все вокруг! – велел хелиф воинам.

И вдруг, едва всадники поравнялись с глиняными хижинами, из окон и дверей полуразрушенных хибар с дикими криками повалили какие-то странные создания.

Едва ли не шесть дюжин омерзительного вида тварей, размахивая кривыми клинками и раздвоенными пиками, обрушились на отряд Кулла и Асафа.

– Засада! – Крик одного из воинов Асафа в мгновение ока заставил всех остальных изготовиться к бою.

– Ий-ий-ийаа! – взлетел к небесам боевой клич «детей пустыни».

– Валузия! – вторили муджарийцам солдаты Кулла.

Кулл, сызмальства привыкший к любым неожиданностям, не растерялся и сейчас.

Единственная тактика, которую он признавал на поле боя, – было нападение

– За мной! – взревел могучий атлант, ударив коленями своего огромного вороного скакуна.

Вышколенный боевой конь рванулся вперед, врезавшись в ряды нападавших и сметая всех на своем пути. Вот уже под его копытами треснул череп одного из монстров, оказавшегося недостаточно расторопным.

В образовавшуюся в живой лавине прореху хлынули пикты. Под ударами их коротких широких мечей звероподобные краснокожие твари падали одна за другой.

Единым могучим рывком разорвав окружение, валузийцы развернули своих лошадей и напали на противника с тыла. Теперь уже полулюди-полузвери оказались в невыгодном положении, вынужденные сражаться на два фронта.

В мгновение ока деревенская площадь превратилась в арену жесточайшего побоища. В знойном полуденном воздухе смешались крики неведомых созданий и людей, лошадиное ржание и звон мечей, белый песок окрасился кровью.

– Кулл!

Атлант привстал в седле и увидел, как гнедая лошадь Асафа падает, пронзенная страшными пиками краснокожих демонов.

И хотя хелиф успел вовремя соскочить с седла, теперь он оказался в центре вражеского отряда.

В его руках мерцал верный клинок, который он гордо именовал Каркадан – по имени древнего демона, слывшего непобедимым воином даже среди жутких созданий Ктулхи.

Надо сказать, это и вправду был удивительнейший клинок, вызывавший у Кулла искреннее восхищение.