Пустой дом

Впереди опасность.

Предстоящий вечер сулил уйму восхитительных возможностей. Ощутив прилив радостного возбуждения, Вирджиния развернулась и наклонилась вперед, обхватила спинку переднего сиденья руками и уперлась в нее подбородком. Она сделала это необдуманно и сразу же застеснялась такой неприкрытой демонстрации своего приподнятого настроения, которое привыкла скрывать, следуя суровым наставлениям матери.

– Элис, а куда именно мы едем?

– В Пенфолду. Это ферма, сразу за Ланьоном.

– А кто там живет?

– Миссис Филипс.

Вдова. И ее сын Юстас.

– Чем он занимается?

– Фермой, глупенькая. Я же сказала тебе.

– Они друзья Барнетов?

– Наверное. Здесь живет много художников. Хотя я не представляю, где они могли познакомиться.

Том сказал:

– Наверное, в «Русалке».

– А что это за «Русалка»? – спросила Вирджиния.

– «Герб русалки», паб в Ланьоне. В субботу вечером там собирается вся округа, ну и художники с женами захаживают тоже выпить и поболтать со знакомыми.

– Кто еще будет на вечеринке?

– Как и ты, мы можем только гадать.

– Ну хоть кого-нибудь вы можете назвать?

– Ну… – выдавила из себя Элис, – художники, писатели, поэты, хиппи, разные бездельники, фермеры, ну и парочка скучных обывателей вроде нас с Томом.

Вирджиния крепко обняла ее за шею:

– Вы не обыватели и совсем не скучные. Вы классные.

– Возможно, к концу вечера ты уже не будешь считать нас классными. Возможно, тебе там совсем не понравится, так что не спеши с выводами.

Вирджиния откинулась на спинку сиденья в уютной темноте машины, обхватив себя руками.

Мне не может не понравиться.

Словно светлячки, фары множества машин двигались с разных направлений, встречаясь у Пенфолды. С дороги был виден фермерский дом с ярко освещенными окнами. Они пристроились к длинной череде разномастных автомобилей, которые, фырча, протискивались по узкой извилистой дорожке, спускавшейся к морю, а потом заехали на большой двор фермы, временно превращенный в паркинг. В воздухе носились голоса и смех, знакомые приветствовали друг друга, и ручеек человеческих фигур уже прокладывал себе путь мимо каменной ограды через поле к скалам.

Некоторые были обвернуты в ковры, некоторые несли в руках старомодные лампы, некоторые – Вирджиния обрадовалась, что мать не поехала с ними, – тащили позвякивающие бутылки.

Кто-то воскликнул:

– Том! Ты что здесь делаешь?

И Том с Элис отстали, дожидаясь друзей, а Вирджиния пошагала вперед, наслаждаясь внезапным одиночеством.