Его секретарша

Облонский спонсирует больных детей.

– Я помогу только тем, кто действительно нуждается, – усаживаясь напротив меня, пояснил Облонский. – Вам, Мария, надо будет собрать у сидящих в коричневой комнате людей папки с документами и ничего не перепутать. В понедельник утром вам предстоит прозвонить в больницы и перепроверить все данные. Если они подтвердятся, я переведу средства на счет нуждающихся в лечении детей.

– А разве люди могут врать на такие темы? – ужаснулась я.

– Было дело… Документы выкрали в больнице у уже погибшего ребенка.

А моя компания по недосмотру секретаря перевела на счет мошенников два миллиона пятьсот тысяч рублей. Якобы на лечение в Германии. Конечно, их быстро поймали, а средства вернулись к тем людям, которые действительно в них нуждались. Но с тех пор я стараюсь быть предельно осторожным. Вам советую делать то же самое.

Я отпила небольшой глоток шампанского и с интересом взглянула на своего босса. Удивительно! Этот харизматичный мужчина пришел на благотворительный прием, чтобы безвозвратно расстаться с крупной суммой денег, и ни капли не жалеет о них.

Но едва мы ступили на порог коричневой гостиной, все мысли выветрились из головы. Впервые в жизни мне стало нехорошо.

В коричневой гостиной собралось несколько человек. Бледные лица, заплаканные глаза. Сюда пришли те, кто потерял последнюю надежду на спасение своего ребенка.

Я стойко собрала у просителей папки с документами и номера телефонов, на которые можно звонить в том случае, если мой босс одобрит перевод средств на счет нуждающегося в помощи ребенка.

Облонский беседовал с каждым просителем. Расспрашивал о состоянии нуждающихся, о прогнозах врачей. Обещал помочь. Я стойко кивала, ободряюще улыбалась и крепко сжимала папки с документацией.

– Видите, сопровождать меня на благотворительном фестивале совсем не сложно, – подмигнул мне босс, когда мы вышли из коричневой гостиной.

– Как вы… все это выносите? – стараясь дышать как можно глубже, взглянула на него я. – Так тяжело слушать подробности диагноза…

– Я привык, – пожал плечами Облонский, и на миг в его карих глазах мелькнула едва заметная горечь.

Впрочем, она тут же растворилась, и он указал на большой банкетный зал.

– Немного посидим, посмотрим благотворительный концерт, а потом я отвезу вас в город. Мне не очень интересна здешняя публика, но если мы уедем сразу же, это будет некрасиво с нашей стороны.

Он чуть заметно коснулся ладонью моей спины, приглашая к столику.