Провидица

Катиль Альвран, не смотря на то, что в отчем доме ей не было отказа в том, что касалось ее комфорта, была неприхотлива и незаносчива. За это ее любила прислуга, а отец неоднократно укорял, что дочь не спешит пользоваться благами, данными ей правом от рождения. Кати неизменно обходилась малым. К тому же лишения, которым подвергал ее отец из желания уберечь от простуд, ушибов и прочих неприятностей, приучили девушку спокойно относиться к тому, что имеет, и не завидовать тем, кому было позволено больше. Зависть делает человека несчастным, Катиль несчастной быть не хотела.

Она решила для себя, что значимо, а что нет. Сайер выше ее по положению, значит, кровать должна достаться ему. К тому же он крупней, и на кушетке мужчине было бы просто неудобно, потому ее заняла лаисса Альвран. В том, что от ласса Корвеля не стоит ожидать бесчестного поведения, она тоже убедилась. Она не интересовала его как женщина, и это Кати совершенно устраивало. Да и опасения насчет ее дара и связи с мужчинами также стало для девушки своеобразной порукой неприкосновенности лаиссы.

Успокоившись всеми этими соображениями, она быстро уснула и уже не слышала, как в покои вошел ласс Корвель.

Мужчина закрыл за собой дверь и прислушался. Не услышав ни звука, он нахмурился и прошелся по покоям. В умывальню дверь была открыта, и в купели все еще оставалась не вычерпанной вода. В спальне девушка не обнаружилась. «Ежели сейчас ее не найду, сверну Маелю шею», – подумал сайер и толкнул очередную дверь. Спящую Кати он даже сразу не заметил, но, услышав тихое сопение, резко обернулся и расслабился.

Усмехнувшись, мужчина с минуту рассматривал девушку, свернувшуюся калачиком под плащом, покачал головой и ушел в спальню, откуда вскоре вернулся с подушкой и одеялом. Осторожно приподняв голову Катиль, суровый ласс подложил ей мягкую подушку, забрал плащ и накрыл одеялом. После этого плотно прикрыл дверь и покинул покои, велев заново наполнить купель.

Дождавшись, когда все будет готово, мужчина быстро помылся и лег на кровать.

И вновь он почувствовал неловкость от того, что его пленница сейчас спит на узкой кушетке, отдав ему кровать. Высокородный ласс был не менее неприхотлив, чем лаисса Альвран, и для отдыха ему не были нужны ни толстая перина, ни огромное ложе. Корвель мог выспаться и на жестком полу, вынуди его к этому обстоятельства, но ничего менять уже не стал. Раз благородная лаисса сделала такой выбор, таскать ее по покоям мужчина не собирался.