Жила-была квартирка

– Кажется, мы немного отклонились от темы, – осторожно отметил стол и продолжил: – Диван прав, речь шла немного о другом, коралловый, но пусть это тебя не обижает. Твою точку зрения мы поняли. Попрыгунчик настаивала, что он просто таким получился. Непреднамеренно. Скорее всего, из-за сочетания ткемали, сумаха и чугунной кастрюли, в которой готовился. Или дело было совсем не в чугунной кастрюле. На что Боцман и отметил ее особенность в том, чтобы готовить именно в чугуне и добавлять в суп сумах и ткемали. Хотя дело и вправду было совсем не в чугунной кастрюле.

И, может быть, она все это делает именно потому, что это идет вразрез с общим или, во всяком случае, близлежащим движением. И если бы все повально пользовались чугунными кастрюлями и добавляли в суп ткемали, она бы придумала что-нибудь другое, эдакое, но обязательно отличительное от других.

– И что ты думаешь? – спросил диван.

– Думаю, что хотя бы в одном Боцман определенно прав. Обычные блюда или хоть какие-нибудь по рецепту в этом доме, кажется, никогда не появлялись.

Во всяком случае, на моей поверхности.

– Дорогой, – отозвалась духовка, – но все же может быть в элементарном полете творчества. Мы же все видели, как она готовит, принюхивается, добавляет или откладывает в сторону. Вот варочная поверхность мне точно не даст соврать. И что теперь поделать, если у моей девочки настал период с веяниями грузинской кухни, с ткемали, орехами и кучей зелени. Завтра он закончится, и снова что-нибудь начнется. Вегетарианский период мы все благополучно проходили.

В какой-то степени веганский тоже. Сегодня одно, завтра другое, послезавтра третье, получается, не получается, задерживается, не задерживается. Это же не мешает ей быть все той же нашей девочкой. Которая очень внимательно и уважительно ко всем нам относится и даже благодарит за помощь. И это так приятно. И что теперь поделать, если по рецепту ей и готовить, и жить скучно, задыхается она. Пробовала ведь. А так вот поет, улыбается, что-то там сочиняет, выдумывает. Ну разве не чудо?

– Ты, конечно, права, дорогая. Разница только в том, что… Насколько желание свободы проявления творчества может стать новой ограничительной нормой, которую на первый взгляд не так просто углядеть? И в итоге в попытке быть оригинальным ты уже не даешь себе позволения быть примитивным и обычным и поступать как все. Вот о преднамеренности и непреднамеренности они и спорили. И о степени свободы проявления творчества.